Паника постепенно улеглась. Ничего не случилось. Паркер проводит меня. Все хорошо. Я посмотрела на него. Сегодня вечером он казался не таким высокомерным, как обычно. Лицо выглядело более худым, чем у Кроува. Но черты лица у него были мягче. И он улыбался как-то смущенно. Мне нравилась эта смущенная улыбка. О чем я вообще думаю? Да, и еще Паркер. Паркер, который был одержим и, наверное, до сих пор одержим или может стать одержимым, если не будет соблюдать
Я опустила взгляд.
– Так что? – поинтересовался Паркер. – Можешь встать?
Я не могла. Как только попыталась, левая нога подогнулась. Боль пронзила всю икру.
Паркер обдумал ситуацию.
– Наверное, вывих. Ты и правда довольно часто попадаешь в неприятности, Севен, ты это понимаешь?
В ответ на это у меня только дернулся глаз. Он же это не серьезно!
Не задавая больше никаких вопросов, Паркер просто поднял меня на руки и понес обратно в школу. Точно так же, как его брат пару дней назад нес меня в больничное крыло. Если кто-то сейчас нас увидит… Например, Наталья…
– Значит, сегодня ночью Кроув не сторожил твою дверь?
Его вопрос меня удивил, но я покачала головой.
– Если он делал это лежа, то я бы, наверное, об него споткнулась. Или он уснул и не заметил меня.
Впрочем, это мне было все равно. Я вздохнула и едва не съежилась, когда кончики светлых волос Паркера коснулись руки, которой я держалась за его плечо. Поднимаясь на холм, он немного запыхался, но мы оба больше не говорили ни слова. В глубине души все еще считала, что это сон. Все это просто не могло быть по-настоящему. Ноги у меня были испачканы в земле. Паркер пронес меня под звездами до школы, из которой я сбежала во сне.
– Миссис Леброн! – крикнул Паркер, как только мы вошли в больничное крыло.
Яркий свет, льющийся с потолка, ослепил меня, и я отчаянно заморгала.
– Здесь я, а что же тут произошло? – услышала я взволнованный голос Белинды.
– Она ходила во сне и споткнулась. – Паркер положил меня на кушетку, но руку не выпустил. Наверное, это сон. Может, кто-нибудь принесет мне моего медвежонка? Я бы предпочла видеть во сне что-нибудь приятное. Лучше всего Нову. Я закрыла глаза.
Белинда погладила меня по голове, как когда-то делала мама. Запах лаванды, исходивший от нее, окутал меня, словно мягкое одеяло. Я тут же ощутила, как на меня наваливается усталость, и попыталась успокоиться.
– Как думаете, миссис Монди может быть права в том, что касается Севен? – услышала я голос Паркера. Что он имеет в виду?
Белинда посчитала мой пульс.
– Я не так уж уверена. В любом случае хождение во сне – не очень хороший знак.
Не очень хороший? Я зевнула в последний раз (жаль, что та зевающая дверь не видела), а потом полностью отключилась.
Утром я не сразу поняла, где нахожусь. Но то, что где-то рядом Реми пел детскую песенку о маленьком паучке, меня успокоило.
– Реми, – прохрипела я пересохшим горлом. – Ты ни за что не угадаешь, что мне приснилось.
– Дай угадаю. – Реми подлетел совсем близко. – Тебе снилось, что ты убежала в лес, подвернула ногу, и Паркер принес тебя в больничное крыло.
Я удивленно уперла руки в бока.
– Откуда ты знаешь?
– Ах, дорогая, это был не сон. – Он покачал головой, словно поучая меня.
– Разве нет? – Я снова откинулась на подушки, покрутила головой.
Больничное крыло, отделение для девушек. Действительно. Если это был не сон… Я одним движением сбросила одеяло со своих ног. И правда. Пальцы ног были перепачканы в грязи, а на левой лодыжке красовалась свежая повязка.
– И ты напевала песню о маленьком паучке во сне. Новая любимая песня?
Я не стала вникать в эту чушь и только недоверчиво пошевелила пальцами ног. Как это могло случиться? Широко раскрытыми от испуга глазами я посмотрела на своего друга.
Словно прочитав мои мысли, Реми пожал плечами:
– Мы не знаем. Паркер сказал, ты ходила во сне.
– Где он? Мне нужно с ним поговорить. – Я уже почти слезла с кровати, но тут заметила костыли.
Реми как раз указывал мне на них.
– Миссис Леброн сказала, если будешь хромать медленно и аккуратно, они тебе не понадобятся. Ты лишь слегка надорвала внутреннюю связку. Завтра или послезавтра будешь снова в порядке.
Хромать? Но как насчет призрачной плазмы? От этого она не помогает или что? Просто отлично. Хотя я предпочла бы как можно меньше иметь с ней дело, сейчас мне было все равно. Я коротко покосилась на Реми и решила позже, когда нам никто не помешает, расспросить его о плазме и о том, потребляет ли он ее в больших количествах. Не то чтобы кто-то об этом знал. Мысли крутились вокруг светящейся плазмы. Я определенно не хотела становиться зависимой от нее. Вроде бы миссис Леброн рассказывала, что некоторые призраки намеренно поглощают ее? Я тряхнула головой. Еще одно доказательство, что в этом закрытом мирке что-то не так. Пока я, стиснув зубы, пыталась преодолеть боль, выровнять дыхание и выработать подходящую технику ходьбы с хромой ногой, Реми у меня за спиной напевал, что мечтает о белом Рождестве.
