– Господа кадеты, до соревнований остались считанные дни, а наша команда не слажена. Предлагаю провести командную тренировку. Я…
Но что он хотел досказать осталось тайной, потому что встрял Синдзи.
– А что ты делал сегодня ночью? – выпалил Хомик, резко подавшись вперед.
Сёго аж отступил к стене.
– Спал, естественно!
– Тебя видели на нашем этаже! – продолжал провокацию Джунгарик.
– Что?! Ты сдурел, Минамото-кун?! – Хорёк шагнул вперёд, и стало очевидно, что он не врёт. – Прекрати эти идиотские шутки и немедленно тащи свою хилую задницу на КПП! Мы едем на полигон! Всех касается!
Хорёк глянул на Суслика и вышел, хлопнув дверью.
– Это не он, но наверняка кто-то из его девочек, – заявил Хомяк.
– Не важно. Собирайся, Синдзи-кун.
– Что? Ты собираешься поехать?
– Не просто собираюсь – я ещё и тебя собираю.
– После того, что было? Никогда! – он указал себе на лоб, где, по правде сказать, ничего уже и не было. Хомяк скуксился, но Суслик пообещал его всю неделю называть Одзё-сама, и тот сдулся.
Через пятнадцать минут друзья уже были у КПП. Хомяк всё ещё хмурился и ворчал себе под нос, но влез в микроавтобус. Как ни крути, но Хорёк прав – без тренировок им нечего и думать о победе.
Когда Суслик садился в машину, то к своему удивлению, обнаружил внутри Ласку. Она сидела сзади со своим походным рюкзачком на коленях. И колени эти не были совершенно ничем не прикрыты – юбка доходила чуть дальше середины бедра.
– Юки-сан, – Суслик коротко поклонился.
– Садитесь рядом, кадет Фудзивара-кун, здесь как раз есть место, – она похлопала рукой по соседнему сиденью.
– Конечно.
– Мне надо присматривать за вами, дополнительные тренировки так скоро после травмы могут вам повредить.
Суслик ничего на это не ответил и плюхнулся рядом.
Всю дорогу он старался благовоспитанно смотреть на подголовник переднего кресла, но взгляд его то и дело падал на белую коленку. На какой-то выбоине машина подскочила, и рюкзачок с медикаментами съехал к самому животу девушки, смяв просторную юбку и обнажив бедро.
Ласка будто и не заметила этого, а Суслик уже больше не мог оторвать взгляд. Выходил он из машины последним и очень медленно.
На полигоне их встретил хмурый Ямана Оути. Скрещенные на груди руки, склоненная голова, нахмуренные брови, словом, весь вид его выражал презрение и недовольство тем фактом, что его оторвали от важных дел.
– Внеплановые занятия, господа кадеты, – слово «господа» Оути облил всем отпущенным ему богами сарказмом, – следует согласовывать заранее.
– Господин начальник полигона, позвольте вас на два слова, – обратился к Ито Хорёк и, взяв того за плечо, отвёл в сторону.
О чём они говорили слышно не было, но Сёго передал господину начальнику некий конверт и поклонился. Это, казалось бы, нехитрое действо возымело чудесный эффект – Орыч будто в горном ручье умылся: посветлел лицом и улыбнулся.
– Что ж, такое похвальное рвение необходимо поощрить – я сам буду проводить тренировку. За снаряжением, бегом марш!
Кадеты получили на складе каски, бронежилеты, разгрузки, муляжи гранат и обойм, а также автоматы Тип 89. Когда вся амуниция была надета и закреплена, то каждый боец прибавил в весе не менее пятнадцати килограмм.
Пока кадеты готовились, Ито вполголоса отдал какое-то распоряжение своему солдату, и тот убежал выполнять.
– У меня будет сюрприз для вас, в качестве награды за усердие, – объявил сержант, – а пока начнем с разминки – кросс по третьему маршруту, бегом марш!
Третий маршрут на полигоне был самым длинным – пять километров через лес, изобилующий низинами и холмами.
Хомяк отчетливо застонал, а Суслик только довольно сощурился. Он привык бегать налегке, но это всё равно не составляло для него большого труда. Тренировка начиналась как надо.
Лес встретил отряд прохладой и тенью. Солнце клонилось к закату, и под кронами деревьев уже было свежо. Кадеты бежали друг за другом и берегли дыхание. Только Джунгарик то обгонял одного-двоих, то откатывался назад – ему пришла в голову гениальная идея проверить подозреваемых во время кросса. Он осматривал руки на предмет следов от красных чернил, заглядывал в глаза, а то и лез с вопросами. И, конечно, выдохся первым.
- Оставьте меня, я их задержу! – Лежа на спине и раскинув руки, стонал Хомячок.
Откуда-то сбоку, как чертик из табакерки, выпрыгнул Ито.
– Внимание вводная – кадет Минамото подвернул ногу. Соорудить носилки и нести травмированного. Дополнительное время – две минуты, – сообщил инструктор и снова скрылся из виду.
– Но… я… могу… бежать – прерывисто проблеял Хомяк, внезапно осознав масштабы нарисовавшейся подставы.
– Заткнись уже, – прошипел Хорёк, а затем скомандовал, – Хироки-сан, достань веревку и спальный мешок, остальные – за жердями!
Кадеты разбежались по лесу в поисках подходящих деревьев.
Суслик как раз пробирался к тонкой осинке, когда увидел Ласку. Её белая блузка и синяя юбка отчетливо выделялись на фоне растительности. Девушка стояла на холме и разглядывала отряд.
Откуда она здесь? Инструктор-то ладно, он этот лес с закрытыми глазами пробежит, но медсестричка? Удивительное дело.
