Лера и Филипп дружат уже 13 лет. Все говорят, что рано или поздно их дружба перерастет в нечто большее, и вот, когда Лера ждет предложения руки и сердца, Филипп знакомит ее со своей будущей женой – Эвой, умопомрачительной красоткой, с которой знаком всего пять дней. У внезапной соперницы в поведении много странностей. Лера считает ее ведьмой, и не зря. От автора. Эва, безусловно, зло. Она олицетворяет боль и разочарование, которые неизбежно поглотят каждого, кто будет выбирать любовь расчетом или гормональным всплеском, чем угодно – но только не сердцем. Специально для конкурса "13 страшных историй".
«Приезжай в 7 небо. СРОЧНО!!!»
Лера была уже в пижаме, когда получила сообщение. «Седьмое небо» – самый дорогой ресторан города и зовет ее туда никто иная, как будущая свекровь.
– Маам! – крикнула Лера, стягивая с себя футболку с совами и доставая из шкафа единственное платье. Строгий черный футляр был куплен специально для экзаменов, защиты диплома и собеседований, но если надеть к нему каблуки и накраситься – чем не вечерний дресс-код?
– Куда это ты собралась? – мама застыла в дверном проеме. – Ночь на дворе.
– Вот, смотри, тетя Аня прислала.
Лера показала смс. По имени-отчеству маму Филиппа она никогда не звала: сначала была для этого слишком маленькой, а за тринадцать лет знакомства привыкла к неформальному общению. К тому же, тетя Аня – женщина простая, душевная и давно уже относилась к Лере, как к родной.
– Вчера написала, что он купил кольцо. Сегодня зовет в место, которое едва себе могут позволить. Не слишком ли вы торопитесь?
Лера вывалила на туалетный столик содержимое своей косметички:
– Вы сами же постоянно твердите, что наша дружба рано или поздно перерастет в нечто большее. Вот и перерастает. Поможешь с прической?
Спустя двадцать минут Лера уже входила в просторный зал ресторана. Она сразу заметила знакомые лица – тетя Аня сидела за столиком возле окна, опустив подбородок на грудь и вытирая мокрые щеки салфеткой, а напротив сидел Филипп за руку с умопомрачительной красоткой.
Таких девушек Лера видела только по телевизору. Либо природа постаралась, либо пластика, но она была шикарна, роскошна, великолепна. Как Анджелина Джоли на ковровой дорожке. Филипп рядом с ней выглядел таким простым, таким неказистым, что Лера, хоть и считала своего друга симпатичным, невольно задумалась, а что она в нем нашла? Может, захотелось отдохнуть от олигархов и окунуться в романтику с бедным студентом?
– Лера! – воскликнул Филипп. – Как я рад, что ты пришла! Знакомься, моя невеста – Эва. Мы женимся через неделю. Ты, конечно же, приглашена!
Тетя Аня подняла на Леру заплаканные глаза. В них читалось и сожаление: «Извини, я не знала, что кольцо не тебе», и отчаяние: «Умоляю, сделай хоть что-нибудь». А у Леры от услышанного подкосились ноги. Она плюхнулась на свободное место рядом с несостоявшейся свекровью и задала вполне логичный вопрос:
– А разве заявление не за месяц подавать надо? Получается, вы знакомы давно, а ты ничего не рассказал?
Филипп улыбнулся так, что, казалось, вот-вот треснут щеки, и нежно посмотрел на свою избранницу:
– Мы познакомились совсем недавно, пять чудесных, незабываемых дней назад. Вчера я купил кольцо. А заявление… у Эвы такие связи, что нас готовы были расписать в тот же день.
Лера чувствовала себя полной дурой. Это они виноваты. Тетя Аня, которая не раз говорила Лере, что хочет видеть ее своей невесткой. Учителя, знакомые и родственники, которые в один голос уверяли, что они просто созданы друг для друга. Даже дворовые мальчишки, когда они были детьми… Все гоняли мяч, а Филипп строил с Лерой дом в песочнице, и эти мальчишки кричали им: «Тили-тили-тесто». Все они всю жизнь убеждали Леру, что Филипп – ее судьба, и убедили. Лере понравилась эта мысль, она к ней привыкла. Тем более, ни у нее, ни у Филиппа не было серьезных амуров на стороне, они все время проводили вместе. Но Филипп, оказывается, уже пять дней встречается с другой девушкой, тайно. Как больно одновременно терять и парня, и друга.
– Это еще не все, – прошептала тетя Аня.
– Да, – с готовностью подтвердил Филипп. Он не обращал внимание ни на слезы своей матери, ни на смятение лучшей подруги. Он был бессовестно счастлив. – Сразу после свадьбы мы уезжаем волонтерами в Африку. Навсегда.
Лера шумно и глубоко вздохнула. Она хотела сказать:
«Ты дебил? Ты хочешь бросить свою жизнь, свою мать, образование из-за красивых глаз и сисек третьего размера? Ты, кто так любит разглагольствовать про ценность семьи и родство душ, взял и сроднился с кем-то за пять дней? Да она не любит тебя, просто не может любить, понимаешь? Она же змея надменная! Да вы же знакомы всего ничего! Да у тебя даже загранпаспорта нет!».
Но вместо этой обличительной тирады Лера взяла сумку и сообщила:
– Мне надо в туалет.
Там, в пахнущем дезинфектором и цветочным освежителем воздуха месте, она позвонила маме.
– Дорогая, – ответила мама, выслушав полный эмоций рассказ, – да, это совсем не то, что ты ожидала. Но давай, как у вас говорят, по чесноку: он сам что-нибудь тебе обещал? Он сам когда-нибудь на совместное будущее намекал?
– Нет. – Настроение у Леры упало ниже некуда.
Дверь открылась, и в дамскую комнату вошла Эва. Не удостоив Леру даже взглядом, она принялась поправлять макияж. Очередной слой красной глянцевой помады, полупрозрачная дымка пудры, немного румян. Потом Эва достала миниатюрный флакон с духами и откинула волосы на один бок, чтобы обновить аромат на шее…
– Тогда может, тебе стоит порадоваться за друга, а не обзывать его избранницу змеей? – говорила мама в трубку, но Лера не слушала. Она могла поклясться, что видит на шее у Эвы самую настоящую чешую.
