Мне потребовалось около получаса, чтобы ввести её в курс дела. Ортега всё это время беспокойно расхаживала по куполу. Я не мог её ни в чем винить. За последние десять дней Ортеге пришлось пережить крушение всех профессиональных принципов, какие у неё только были. А сейчас она ввязалась в дело, в случае неудачи грозившее участникам по сотне лет хранения, а то и больше. Наверное, без поддержки Баутисты и остальных Ортега всё же не решилась бы на это. Даже несмотря на свою учтивую ненависть к мафам. Даже ради Райкера.
Впрочем, может быть, я ошибался.
Ирена Элиотт слушала молча, задав лишь три технических вопроса, на которые у меня не было ответов. После того как я закончил, она долго сидела молча. Ортега, прекратив метаться по куполу, встала рядом со мной.
– Вы сошли с ума, – наконец сказала Элиотт.
– Вы сможете сделать то, о чем мы просим?
Она открыла рот, затем снова закрыла его. Её лицо приняло мечтательное выражение, и я решил, что она мысленно прокручивает предыдущее погружение в чужое сознание. Наконец Элиотт, очнувшись, тряхнула головой, словно убеждая саму себя.
– Да, – медленно произнесла она, – сделать это можно. Но только не в реальном времени. Это совсем не то же самое, что подчистка системы видеонаблюдения борцовского зала и даже не проникновение в ядро искусственного интеллекта. То, что мы проделали с ИскИном, покажется простой системной проверкой. Для того, чтобы сделать такое – хотя бы попытаться сделать, – мне понадобится виртуальная площадка.
– С этим не будет никаких проблем. Что-нибудь ещё?
– Все зависит от того, какие системы безопасности задействованы на «Голове в облаках». – На пару мгновений её голос окрасился отвращением, в котором сквозили слезы. – Вы говорите, что это первоклассный бордель?
– Именно так, – подтвердила Ортега.
Элиотт старательно погасила эмоции.
– Мне надо будет запустить кое-какие тесты. На это уйдет время.
– Сколько времени? – спросила Ортега.
– Ну, можно пойти двумя путями. – В голосе Ирены Элиотт прозвучало профессиональное презрение, прогнавшее остальные чувства. – Я могу провести быстрое сканирование и разбудить всю сигнализацию, имеющуюся на борту этого летающего члена. А можно будет сделать всё как надо, на что потребуется не меньше двух дней. Вам выбирать. Часы тикают.
– Действуйте не спеша, – сказал я, выразительно посмотрев на Ортегу. – Так, теперь ещё вот что. Мне нужно вживить звук и картинку. Вы знаете кого-нибудь, кто сможет сделать это без лишнего шума?
– Да, такие люди есть. Но о телеметрических системах можете забыть. Любая попытка передать что-нибудь с борта «Головы в облаках» – и мы стройными рядами направимся на хранение. Я не шучу. – Повернувшись к терминалу на шарнире, Элиотт вызвала экран общего доступа. – Посмотрим, сможет ли Рийз раздобыть микрокамеру. Такой вживленной штуковиной вы сможете записать с высоким разрешением до двухсот часов, а потом мы всё извлечем.
– Ладно, сойдет. Это стоит дорого?
Обернувшись ко мне, Элиотт нахмурилась.
– Поговорите с Рийз. Конечно, материалы для неё придется купить, но, быть может, вам удастся уговорить её провести хирургическую операцию бесплатно, выполняя гражданский долг. А ей, в свою очередь, не помешает обзавестись влиятельными друзьями в руководстве ООН.
Я посмотрел на Ортегу, и та покорно пожала плечами.
– Я-то думаю, – недовольно буркнула она. Элиотт отвернулась к экрану, а я встал и подошел к Ортеге.
– Кристина, – шепнул я на ухо, ловя себя на том, что моя новая оболочка относится к запаху её тела совершенно спокойно, – я не виноват в том, что нам не хватает денег. Счёт компании «Джэк-Сол» закрылся, а если я начну снимать со счета Банкрофта, это покажется странным. Придётся затянуть пояса.
– Дело не в этом, – прошептала она в ответ.
– А в чём же?
Ортега посмотрела на меня в упор.
– Ты сам прекрасно понимаешь, чёрт побери.
Глубоко вздохнув, я закрыл глаза, чтобы не встречаться с ней взглядом.
– Ты достала необходимое железо?
– Да. – Она отступила назад, и её голос, повысившись до нормального, лишился всех оттенков. – Шоковый пистолет из арсенала Фелл-стрит, его никто не хватится. Всё остальное со склада конфискованного оружия управления полиции Нью-Йорка. Завтра я сама лечу туда за этим. Никаких записей в архивах, всё на личных отношениях. Пришлось связаться кое с кем из хороших знакомых.
– Отлично. Спасибо.
– Не стоит. – Её голос наполнился жестокой иронией. – Да, кстати, пришлось здорово повозиться, чтобы найти пули с паучьим ядом. Полагаю, ты не захочешь просветить меня, в чем дело, так?
– Это личное.
Ирена Элиотт вытащила кого-то на экран. Женщину серьёзного вида в оболочке негритянки лет под шестьдесят.
– Привет, Рийз, – весело бросила она. – У меня для тебя есть клиент.
Несмотря на пессимистические ожидания, Ирена Элиотт справилась с предварительными тестами за день. Я сидел на берегу озера, приходя в себя после простой микрохирургической операции, проведенной Рийз, и бросал по воде камушки вместе с девочкой лет шести, судя по всему, усыновившей меня. Ортега ещё не вернулась из Нью-Йорка; холодок между нами так и не рассеялся.
