— А долго я была без сознания?
— Несколько часов всего, еще даже не вечер. Пей.
— Дорого обойдется лечение?
— Не переживай, что-нибудь придумаем. Пей эликсир.
— Я отдам из первого жалования и хорошо бы узнать расценки мастера Бранда, — не унималась она.
— Как будто знание этих расценок убережет тебя от получения ранений, — закатил глаза мужчина. — Не заставляй меня силой вливать в тебя эликсир! Пей!
Под таким напором Мария сдалась и послушно опрокинула в себя пузырек. Горьковатая жидкость проскользнула внутрь и в груди разлилось тепло. «Общеукрепляющее с усыпляющим», — полусонно идентифицировала она эликсиры и провалилась в сон. Девушке ничего не снилось и она была этому только рада. Не хватало еще и во сне продолжить сражение с мерзким членистоногим ящером. Проснулась отдохнувшей и посвежевшей. За окном звездное небо неохотно светлело. Раннее утро. В доме тишина, только ветер завывает в плохо законопаченных досках да что-то поскрипывает на чердаке. Прислушалась к ощущениям. Нога еще слегка ныла и плечо немного затекло. Забравшись в душ рассмотрела шрамы: три широкие белесые полосы на левом бедре, на правом в дополнение к отметине от пули добавился бугристый красный шрам от удара когтей эфирной мрази, шрамы на боках уже превратились в белые линии. Повезло, что пока никто не добрался до лица, а то ходить ей с исполосованной физиономией. Это бы сильно помешало выполнению клятвы. Она отметила, что чувствует себя намного лучше, чем должна бы после своих приключений. Стоит зайти и поблагодарить Нидгара, все же он хороший лекарь.
Вытираться пришлось куском холстины, руки так и не дошли до покупки нового полотенца взамен убитому старому. Хотела было отправиться на площадку легионеров, но подумала, и послала все в бездну. Показывать толпе мужиков свои слабости она не была намерена, поэтому вышла на задний двор, критически оглядела сваленный там хлам, проявляющийся в свете восходящего солнца и начала разминку. Она потеряла счет времени, оклик Клавдия вывел её из подобия транса, в котором Мария выполняла привычные телу упражнения.
— Квинтиус! Ты сумасшедшая! — возопил вигил и подошел к запыхавшейся девушке. — Только вчера лежала пластом!
— И чтобы снова так не лежать, необходимо тренироваться, — она подняла подняла на него бледное мокрое лицо.
Тот сосредоточенно рассмотрел вспотевшую и слегка дрожащую подопечную, горестно вздохнул, пробурчал что-то о изощренных способах себя угробить и открыл дверь в дом.
— Мойся и пойдем завтракать, — бросил он через плечо и зашел внутрь.
Отказаться от растяжки Мария не смогла и предстала перед недовольными очами наставника лишь через полчаса. Тот молчал всю дорогу до трактира, где уверенно прошел и занял столик около окна, единственный из всех накрытый скатертью. Девушка заинтересованно осматривала обстановку. В глубине зала как и положено барная стойка, которая сейчас пустовала. За ней батарея пустых бутылок разнообразной формы и цвета. Справа проход на кухню и в подсобные помещения, слева лестница на второй этаж. В зале было два длинных стола со скамейками вдоль стен, а по центру и у окон почти десяток квадратных поменьше. Освещалось помещение грубоватой эфирной лампой под потолком.
— Кого это ты к нам привел, Клавдий? — к ним подошла женщина в сером переднике.
Лицо круглое, волосы забраны под платок. Полная и крепкая, кожа лишь едва покрылась загаром, что говорило о том, насколько белокожей была повариха трактира. А это была именно она, как догадалась Мария по форме.
— И тебе доброго утра, Марфа, — ответил мужчина не заметив как на мгновение удивленно расширились глаза его подопечной. — Это мой интерн Мария Квинтиус, хотя ты и так уже поди все знаешь, — он лукаво ей улыбнулся.
— Так уж и знаю. Милости просим, — обратилась она к девушке. — У нас тут самая вкусная еда, а наверху комнаты, которые можно снять. Меня зовут Марфа.
— А по батюшке? — спросила Мария, заставляя язык произносить давно забытые русские слова, от чего получилось с сильным акцентом.
— О! Госпожа эфириа знает руский! — женщина всплеснула руками, а потом чуть не расплакалась. — Думала, уже не услышу родную речь… Никитична я.
— Приятно познакомиться, Марфа Никитична, — улыбнулась девушка, внутренне кривясь от своего жуткого акцента.
— Мне как обычно, — вигил прервал их разговор и подозрительно покосился на девушку.
— Хорошо, — снова перешла на латынь Марфа и спросила Марию уже по-русски смешно окая. — А вам чего?
— Давайте на ты, Марфа Никитична. У вас есть каша и яйца?
— Конечно!
— Тогда несите.
— Сейчас будут! — радостная повариха удалилась на кухню.
Вигил проследил взглядом за женщиной, перевел его на Марию и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— А теперь ты расскажешь мне, откуда знаешь руский, — практически прошипел он.
— С чего это? — она откинулась на спинку и скрестила руки на груди.
— С того, что этими знаниями вполне могут заинтересоваться легионеры и доложить куда следует.
— Не доложили же они о Марфе, — невозмутимо отвечала девушка.
