— Скажите, Александр Яковлевич, а вы сейчас можете пользоваться магией? — мой голос звучал глухо, как будто из бочки. А паника нарастала. Мало того, чёртова статуэтка погубила мою искру, так теперь и дар Антимага решили угробить! — Зачем вы так со мной?
— Успокойся, Андрей. Я тоже «обесточен», — чародей вытянул перед собой руки. — Пощупай. Чувствуешь, какие они ледяные? Первые двое суток одарённый, попавший в эту камеру, будет мучиться от недостатка магической энергии, а потом начинают атрофироваться каналы, искра затухает, но не умирает. Если человеку повезёт выйти на свободу через пару лет (а это самый маленький срок, который отбывали здешние сидельцы), он уже никогда не поднимется до своего прежнего уровня. Видишь эти соты на стенах? Они являются в некотором роде поглотителями магической и эфирной энергии. Да-да, той самой, которая позволяет тебе оперировать силой Антимага. В такой камере ты превращаешься в обычного человека. Происходит жестокая ломка, когда приходит ощущение бессилия, что ничего сделать нельзя. Твой Дар утекает сквозь пальцы, а ты пытаешься его удержать, вспоминая уроки наставников, и понимаешь, что ничего не поможет. Что ты сейчас чувствуешь?
— Ничего, — честно ответил я. — Попробовал пробить каналы, а такое ощущение, что их вообще нет.
— Попробуй нащупать астральные излучения, — посоветовал Брюс, как-то внезапно постаревший на два десятка лет. Возможно, будь он простым человеком, так бы и выглядел, но магия давала ему великолепную возможность продлить молодость, обновляя организм с помощью Дара. Пока бьётся искра, одарённый жив. Эту аксиому знают все, кого Вселенная наградила чудесным, могучим и страшным оружием — повелевать Стихиями и пестовать их многочисленные атрибуты.
Пришлось напрячь память. Профессор Чжан Юн что-то говорил об эфирных токах, с помощью которых можно было вырваться на астральные просторы. Главное, полностью очистить свой разум и сосредоточиться на правильном дыхании. В какой-то момент показалось, что я нащупал выход из беспросветной пустоты, но тут же ощутил, как будто по лбу прилетела тяжёлая длань. Дескать, не пытайся!
— Не получается? — грустно усмехнулся Брюс, заметив, как я дёрнулся в бессилии. — Эту тюрьму стали строить сто пятьдесят лет назад, когда появилась жесточайшая потребность изолировать нестабильных одарённых от общества. «Земные» маги углубились вниз на двадцать метров, укрепили основание и фундамент, чтобы здание не обрушилось. Сколько кубометров самого прочного бетона сюда было влито, ты бы знал! В стены начали закладывать самые совершенные артефакты, которые могли отсекать все энергии земли и космоса, которые на тот момент уже были известны. Здесь, — Брюс похлопал по серебрящемуся монолиту ладонью, — находится идеальный блокиратор магии. Как думаешь, зачем я показал это место?
— Убедиться, что антимагия в таких условиях тоже не работает, — задумчиво ответил я, больше не пытаясь трепыхаться. Подумаю на досуге, как такое могло произойти. — Но ведь я больше налегаю на ментальные техники! Они-то каким образом связаны с магией?
— Никаким, — покачал головой Брюс. — Но ментальное излучение — такая же энергия. Ты получаешь её из всего, что тебя окружает. Поэтому здесь пространство полностью стерилизовано. Вот эти соты — своеобразные уловители и блокираторы. Так что: это единственное, что ты вынес из этой экскурсии?
— Кажется, понял, — моё настроение испортилось окончательно. — Вы хотели показать мне, Александр Яковлевич, в каком положении сейчас оказались Диковы. Источник для них — единственный шанс поддерживать свою искру, пусть и слабую. Без неё они попадут вот в такую камеру, образно говоря.
Я обвёл рукой помещение.
— Молодец, это был нетрудный и лежащий на поверхности вывод, — улыбнулся чародей, — но я очень хотел, чтобы ты проникся ситуацией не с моих слов, а почувствовав на своей шкуре, каково это — жить пустым.
— И что мне теперь делать? Простить тех, кто своим словом и рукой направлял идиотов с целью лишить меня жизни?
— Есть много способов прощения, — Брюс подошёл к двери и дважды стукнул по ней кулаком.
Снова заскрежетало железо — дверь распахнулась, и я едва не упал от мощного притока энергии, которая хлынула в меня, как прорвавшая плотину река. Меня шатнуло от одной стены к другой, но Брюс успел меня подхватить и вывести наружу. Генерал Бирюков стоял с заложенными на спину руками, тщательно скрывая своё любопытство по поводу происходящего. Для него подобный вояж представлялся всего лишь нетрадиционным методом воспитания зажравшихся мажоров, коими он считал почти всех молодых аристократов.
Чародей легонько встряхнул меня.
— Ты в порядке?
— В полном, — я помотал головой, приходя в себя. — Вы-то сами как?
— Сразу жить захотелось, — рассмеялся Брюс. — Спасибо тебе, Петя, за такую увлекательную экскурсию. За несколько минут все свои жизненные ошибки осознал.
— Приходи, Саня, не стесняйся, — добродушно ответил генерал и дал знак бойцу закрыть камеру. — Я с удовольствием дам тебе ещё один психотерапевтический сеанс.
