– Отлично сыграно, – Вера обняла сына, целуя соленый от пота лоб.
– Молодец, – отец похлопал его по плечу и посадил к себе на колени.
– Да ладно. Я замешкался. Мог и сам забить.
Вера переглянулась с Андреем.
– Ты все сделал правильно. Одним ударом убил двух зайцев.
– Это как?
– И сам пробил и пас отдал.
Губы Никиты вытянулись, появились впадинки ямочек. Он рассмеялся.
– Это случайно получилось.
– Пусть, но ведь гол-то забили, а?
– Главное результат, – добавил Андрей из-за спины.
– Наверное.
– В той ситуации, – Вера подалась ближе, – любое из твоих действий было верным.
– А если бы мяч пролетел выше?
– Неважно. Ты создал голевой момент, а что главное в футболе?
– Красивая и результативная игра, – он выпрямил спину.
– Так и получилось.
– Эх, если бы мы еще и выиграли, – мечтательно протянул Ник.
– 2:2 хороший счет. – Вера метнула Андрею послание в виде плотно сжатых губ и сощуренных глаз. Но без обиды и упрека, а скорее: «Ну ты и лопух, Сердцов». – В следующий раз обязательно забьешь.
– Если хорошо постараешься, – нарочно строго пробубнил Андрей, щекоча сына.
Никита громко засмеялся, сгибаясь пополам.
– Хы-ы-ы-р-р-р, – зарычал Андрей, перебирая пальцами ребра парня.
Ник задрыгал ногами. Бутсы с пластиковыми шипами резко дернулись вперед, чуть не коснувшись затылка женщины, сидящей ниже. Лишь кончик носка слегка задел торчащий волос.
Вера быстро выставила руку, останавливая маятник ног.
– Хватит, – резко бросила она.
– Что-о? – обижено протянул Андрей, слегка ослабляя хватку. Никита уже хохотал, пытаясь освободиться.
Вера указала на женщину.
– Ладно. Все, все, – он убрал руки и расставил их в стороны.
Никита бросал короткие смешки, пытаясь отдышаться.
– Помимо прочего, сын. – Слово «сын» она произнесла громко, выделяя букву «н».
Никита глянул на мать, тяжело дыша.
– Им по семь лет, – она кивнула в сторону поля.
– Понял, – довольно ответил Никита, слезая с колен.
Народу поубавилось. Андрей поднялся, покачиваясь на затекших ногах. В глазах роем метались прозрачные точки. Он отвернулся, выискивая человека в плаще, но обнаружил лишь бутылку в смятом пакете.
– Пойдем, – протянул Вере руку.
– Беги переодевайся, мы следом.
Никита улыбнулся, щурясь от солнца, и пошел по свободному проходу к лестнице.
– Спасибо мам.
– За что?
– Я услышал тебя и ударил.
– Пожалуйста! – Вера тепло улыбнулась, готовая заплакать.
– Будем ждать у ворот.
5
Никита длинными зигзагами бежал по чистой асфальтированной дорожке оставив родителей позади. После разговора на трибуне, улыбка не сползала с его ровного, вытянутого лица. Он расставлял руки, обхватывал теплый ветер и, жмурясь, смотрел на солнце, потом разворачивался и бежал навстречу родителям.
Аллея была узкой и длинной, ряды каштанов и лип сонно покачивали ветвями с крупными листьями. Побеги светло-зеленой травы обхватывали стволы, вытягивая узкие стебли к солнцу.
За рядом высоких, прятались деревья поменьше, на которых Вера заметила чуть раскрывшиеся розовые цветы. Она глубоко вдохнула, ловя носом прячущийся в воздухе запах бутонов. Казалось, они идут по лесу, если бы не дорога с мелькающими автомобилями впереди.
Андрей, чувствуя настроение жены, обнял ее и, притянув к себе, нежно поцеловал в гладкую скулу. Мысли светлели, и он даже позволил себе искренне улыбнуться.
Они шли молча, глядя на сына.
6
– Мог бы раньше предупредить. – Вера сливала готовую пасту из кастрюли через дуршлаг. – Я не кусаюсь, Сердцов.
Андрей не ответил, ерзая на диване с книгой в руках.
– Планировался семейный ужин в честь дебюта Никиты. Все было рассчитано, но теперь я ничего не успеваю. – Паста свалилась обратно в кастрюлю.
Вера стояла к нему спиной. Короткие черные брюки плотно обхватывали ноги, слегка сжимая голени. Серая в линию рубашка с подкатанными рукавами была выправлена. На пояснице понурыми ушками висел красный узел передника.
– Уже двадцать минуть седьмого, а еще ничего не готово.
– Давай помогу. – Андрей сложил книгу.
– Почисть лук, – она достала пакет из нижнего шкафа. – И пошустрее.
Андрей взглянул через широкое окно на веранду: Никита сидел за столом, сгорбившись над книгой. Мотылял ногами и что-то бубнил себе под нос.
– Сколько?
– Три.
Выбрав луковицы, принялся сдирать ножом кожуру.
– Я не смог отказать. Илья сам напросился, – нож с хрустом прошел поперек, отделяя тонкое кольцо.
– Еще Фикус обещал подарок Никите.
– Какой? – Вера развернулась к нему. Собранные в хвост волосы дернулись вправо.
– Сказал – сюрприз. Мне и самому интересно.
– Даже не намекнул?
– Нет.
– А ты?
– Я и не настаивал, – отодвинув ножом кучку колец, Андрей принялся за вторую.
– Сколько уже прошло с того дня? – Вера смяла передник, вытирая о него руки.
– Полтора года.
– Если бы не ты, Сердцов, Илья бы пропал.
– Не знаю, – он прекратил резать, стараясь проморгаться. – Пить стал меньше, но иногда его заносит. Со мной хотя бы не порет горячку. – Андрей замолчал, опустив голову.
– Иногда думаю, что бы я делал на его месте.
– Нельзя о таком думать. Ему страшно досталось от этой жизни.
