– Ханс, Матти просил меня зайти поздравить тебя и твоих ребят. Вы задали Петру работу.
– Я тоже так думаю, – рассмеялся Кольдеве, – хотя держу пари, что Петр считает, будто задал работу мне. Как бы то ни было, ты как раз вовремя! – Он довольно потер руки. – Мы решили провести поэтический конкурс.
Хотя Санмартин хорошо знал традиции 3-й роты и наклонности Кольдеве, сообщение застало его врасплох.
– Поэтический конкурс? – переспросил он, отодвинув тарелку. 3-я рота охотно участвовала в наблюдениях за животным миром, в полном составе посещала лекции по морской биологии и, что еще более невероятно, поставила оперу в содружестве с любительской труппой в Йоханнесбурге. Однако поэтический конкурс выглядел несколько эксцентрично даже по стандартам этой роты.
Исаак Ваньяу пожал плечами.
– Капитан Ханс думает, что мы должны провести его, прежде чем штабные вертушки найдут для нас другое занятие.
Санмартин усмехнулся. Слово
– Возможно, Ханс прав, – заметил Санмартин. – Нам будет полезно устроить шоу перед началом действий против АДС.
Ваньяу задумчиво кивнул.
– Это куда лучше, чем торчать без дела в гарнизоне.
– Вот именно, – вмешалась бессовестно подслушивавшая Каша. – А то уже говорят, что в гарнизоне женщины могут делать все, а мужчины – остальное.
– Главным образом, не обижать кухарку, – подмигнул Ваньяу.
– Поэтический конкурс? – вновь, повторил Санмартин. – Придется задать тебе вопрос, Ханс, что ты читал на этой неделе.
Кольдеве любил литературу еще больше, чем грубые шутки.
– «Дон-Кихота» Сервантеса, – снисходительно ответил он, – хотя это никак не связано с тем, почему мы решили провести поэтический конкурс.
– Правильно, а сэр Вальтер Скотт никак не связан со словесным поединком, в который ты пытаешься нас втянуть. А «Юргена» тоже написал Сервантес?
– Нет, его написал Кэбелл[4].
– Слава Богу! А то когда ты начал цитировать «Юргена» женщинам, я подумал, что твоя подружка собирается поставить тебе фонарь под глазом.
– Моя бывшая подружка, – поправил Кольдеве, – и она действительно поставила мне фонарь, хотя это не имело ничего общего с «Юргеном». Тебе нравилась Элиза, верно?
– Она была симпатична, но не такая, как Марта. А что это за «Дон-Кихот»? – поинтересовался Санмартин, зная, что Кольдеве всегда готов поделиться информацией. – Очередной вестерн?
– Нет, это вечная история – горькая сатира, показывающая, что только дураки и безумцы продолжают верить в такие вышедшие из моды понятия, как рыцарство и душевное благородство.
– Дураки и безумцы, – повторил Исаак Ваньяу. – Точь-в-точь наш портрет.
В качестве старшего по званию Санмартин должен был выбрать тему для конкурса и выбрал «дураков и безумцев». Это пришлось по вкусу лейтенанту Дэнни Мигеру, командиру 11-го взвода. Бывший наемник, Мигер был ирландцем до мозга костей и заявил, что это обусловливает его особый интерес к поэзии, дуракам и безумцам. В итоге победителями конкурса единодушно были признаны Мигер и младший капрал Толя Полежаев из 10-го взвода.
По пути домой Санмартин думал, что вечер был очень интересным – даже по стандартам 3-й роты.
Рано утром водитель древнего седана заметил двух «черноногих», патрулирующих улицу Йоханнесбурга. Он дал знак пассажиру, который извлек из-под сиденья винтовку.
Когда машина медленно подъехала к намеченным жертвам, стрелок прицелился сквозь открытое окошко в ничего не подозревающего патрульного, прижимая к щеке приклад, и нажал на спуск. В результате произошел взрыв магазина, содержащего сорок пятимиллиметровых патронов.
Взрывом оторвало руки и нижнюю челюсть стрелка. Один из осколков пластикового магазина угодил в череп водителя чуть ниже височной кости. Шофер умер, не приходя в сознание. Стрелку повезло куда меньше. Утренние издания поместили несколько жутких фотографий.
Тербланш созвал экстренное совещание исполнительного комитета АДС. К несчастью, подготовка операции оставляла желать лучшего, поэтому никто не мог сказать, откуда взялся злосчастный магазин. Тербланш справедливо подозревал, что это не единственный магазин среди боеприпасов АДС, над которым поработали люди Верещагина.
В результате навязчивого внимания ко всем машинам многочисленных полицейских в штатском, среди которых, возможно, были бойцы разведывательного взвода Верещагина, уличные убийства были на неопределенное время приостановлены.
Прибыв в здание муниципалитета Йоханнесбурга, причудливо именуемое Форт-Зиндернеф, чтобы встретиться с Ханной Брувер, капитан Янагита был изрядно удивлен, когда его направили в маленький тир в подвале.
Спустившись вниз, офицер разведки неуверенно пожал руку спикеру Ассамблеи.
– Я… э-э… несколько удивлен, увидев вас здесь.
Брувер подвела его к линии огня.
