Катя сглотнула ком, подступивший к горлу. Слезы неудержимо стекали по щекам, оставляя после себя грязные следы размытой косметики, но Катя ощущала себя так, словно это были не ее собственные чувства, а какой-то непонятный механизм. Девушка и вовсе сомневалась, что после случившегося хоть когда-нибудь сможет снова что-то чувствовать, кроме вины за то, что ее подруга погибнет от рук этого страшного человека.
Почти физическая боль разлилась по груди Кати. Тело сотрясла нервная дрожь, к которой примешивалась дрожь от уличного мороза, прорвавшегося под кожу.
Студенты, шедшие мимо, недоуменно оглядывались на девушку, кто-то даже хихикнул, высказав своим друзьям нелепые предположения о том «что делает с девушками нервная подготовка к сессии».
Катя пыталась справиться со злостью и отчаянием, не в силах сдержать слез. Не помня себя, девушка опустилась на колени, закрыла лицо руками и надрывно зарыдала. Студенты мгновенно исчезли из ее поля зрения, оставляя место только темноте ее рук, через которую пробивались едва заметные лучики света. Кате наивно казалось, хотя она и знала, что это самообман, что если она закроется руками и перестанет видеть всех этих людей, то и они, как по волшебству перестанут видеть ее…
Лишь во время перемещения Максим сообразил, что может столкнуться с Эмилем в доме Сабины. Он быстро вытащил из рюкзака охотничий нож, который тайно взял из сейфа своего отца, и, выйдя из портала, встал наизготовку. Сердце юноши отчаянно колотилось, тело обдавало волнами жара, несмотря на холод, царивший внутри Потока. Глаза бегло изучали комнату с высокой кушеткой в апартаментах медиума. Вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая только частым дыханием путешественника.
Максим сделал осторожный шаг вперед и изо всех сил напряг слух, пытаясь уловить чье-либо присутствие. В следующий миг он сосредоточился и посмотрел на апартаменты взглядом путешественника, позволяющим определить находящийся поблизости потенциал. Все эти бесконечно долгие мгновения юноша жалел о своем решении использовать против Моргана именно нож.
Где-то в подсознании путешественника мелькнула беглая мысль, что нож был выбран им, потому что они с Морганом похожи. Не просто похожи, а соединены одной душой, однако Максим старался гнать эти мысли прочь. Он подумал, не стоит ли вернуться за пистолетом в свой мир прямо сейчас, однако, поразмыслив, решил, что сначала должен найти Сабину. Тем более что встреча с создателем в этом доме ему явно не грозила: квартира была пуста.
В душе юноши заворочалось нехорошее предчувствие. Отчего-то он был уверен, что Сабина не по своей воле покинула дом.
Максим помрачнел, пройдясь по квартире. Взглядом он изучал каждый метр и убеждался, что Морган действительно успел побывать здесь: на полу виднелись свежие грязные отпечатки мужских ботинок. Они вели к входной двери, а потом поворачивали обратно в комнату с кушеткой.
Юноше в голову приходило лишь одно место в Красном мире, где Эмиль мог держать своих жертв. Пыточная камера, откуда Максим освободил Палассу.
Юноша мечтал прислушаться к Вихрю и почувствовать, жива ли Сабина, как это делал Шамир, но он не представлял себе, каким образом это осуществить. Окидывать молодую женщину взглядом путешественника ему не приходилось, и он понятия не имел, каков спектр ее потенциала. Можно было попытаться найти ее по защитному полю медиума — она ведь отправляла Максима в Вихрь, следовательно, поле он бы узнал, если б Морган не разрушил его….
Тяжело вздохнув, юный Мастер понял, что любые нити связи с Сабиной для него утеряны — след поля, о котором говорил Шамир, ему не уловить: слишком мало опыта. Оставалось лишь понадеяться на удачу и пойти на поводу у своей догадки.
