Морган издал раздраженный, напоминающий тихое рычание, звук, приблизившись к своему медиуму.
— Ты ведь понимаешь, что это значит? — прошипел он, — понимаешь, о чем говорит его прыжок?
— Это значит, что тебе удалось создать путешественника, — выдержав взгляд ученика, отозвалась Сабина. На лице Моргана появилась кривая нервная усмешка.
— Ты была там со мной, — качнул головой Эмиль, — и проследила путь. Если бы тело Максима осталось в нужной точке Вихря, я бы переместился туда вне зависимости от присутствия его сознания. Но тела не оказалось. Значит, он прыгнул куда-то в собственной физической оболочке!
Голос мужчины вновь сорвался на крик. По вискам стекали крупные капли пота, глаза болезненно блестели. Сабина смотрела на ученика одновременно с опаской и сочувствием. Эмиль стоял к ней так близко, что молодая женщина ощущала на себе жар его дыхания и чувствовала, как он пылает от процесса усваивания потенциала. Она не понимала, как при такой высокой температуре Морган умудряется сохранять мало-мальски ясный ум, хотя должен бы уже метаться в бреду.
— Хочешь, сказать, мой прототип — Мастер? — с необъяснимой злостью прорычал он.
— Либо он мертв, — спокойно кивнула Сабина, стараясь не показать собственных эмоций по этому поводу. Она возлагала на Максима большие надежды, считала, что его сил хватит, чтобы остановить Эмиля и сохранить баланс внутри Вихря, не причинив вреда истории и не уничтожив «узлы», плотно сплетающиеся вокруг своего создателя. Затронуть «узел» еще опаснее, чем осуществлять переход потенциала: последствий уничтожения ключевого события Потока невозможно предугадать, но они всегда разрушительны.
— Если бы он был мертв, я бы это почувствовал, — качнул головой Морган, вырывая медиума из раздумий.
Сабина постаралась не показать своего облегчения.
— Выходит, ты прав. Он Мастер.
В черных глазах Эмиля вновь запылала злость. Он пронзил молодую женщину подозрительным взглядом.
— Я смотрю, тебя не сильно это удивляет.
Медиум с вызовом приподняла голову.
— Не будь параноиком, — хмыкнула она, — для меня его способности путешественника — такая же новость, как и для тебя. Скажу больше: для меня загадкой является сам факт его создания. Если б ты рассказал об этом, я смогла бы многое объяснить.
Эмиль скептически приподнял бровь и снисходительно усмехнулся.
— Вы, медиумы, всегда считаете, что знаете о Вихре все. А на самом деле не знаете и половины. Если бы ты понимала истинную природу Потока, создание моего прототипа не вызывало бы у тебя столько вопросов.
Морган устало утер лоб рукой и потер переносицу.
Сабина раздраженно вздохнула, небрежно махнув рукой.
— Хорошо. Не говори, если не хочешь, — нарочито безразлично отозвалась она и продолжила после недолгой паузы, — так что ты намерен делать теперь?
Эмиль непонимающе посмотрел на молодую женщину. От жара он с трудом сохранял нить разговора. Сабина вздохнула и объяснилась:
— Ты ведь хотел доказать мне свою правоту. Хотел, чтобы я переместила тебя в тело Максима. Ничего не вышло. Что теперь? Отправишься в другие путешествия?
Морган осмотрел комнату, словно с трудом узнавал ее. Он молчал с полминуты, затем качнул головой.
— Да, но не здесь.
Сабина нахмурилась.
— Эмиль, ты в ужасном состоянии. Этот потенциал… — она с трудом сохранила голос ровным, — он тебе не подходит. Его нужно сбывать…
— Мне это прекрасно известно, — передернул плечами Морган, — но для других прыжков ты мне не нужна. Их я в состоянии осуществить самостоятельно.
— Эмиль…
Мужчина качнул головой и шаткой походкой направился к двери. Ненавидя себя, Сабина догнала его и остановила у самого выхода из своих апартаментов.
— Да ради всего святого, Эмиль! Я могу отправить тебя в Поток прямо сейчас. Зачем ты уходишь и подвергаешь себя опасности? Ради чего?! Чтобы просто заставить меня бояться за тебя? Что ты пытаешься доказать?
Морган смотрел на молодую женщину ничего не выражающим взглядом, и Сабина поняла: она тут совершенно не при чем. Эмиля не волнуют ее страхи и переживания, он попросту не получил желаемого и теперь хочет уйти.
— Путешественник ведь отправляется в Вихрь с помощью медиума только добровольно? — хмыкнул Морган.
Сабина кивнула, чувствуя, как от нервного напряжения пальцы на ее руках леденеют.
На лице Эмиля мелькнула легкая полуулыбка.
— Тогда, следуя своим правилам, ты не имеешь права меня задерживать.
Слова Моргана ножом впились в сердце Сабины. Она с трудом заставила себя промолчать, хотя ей хотелось закричать от обиды. Горло защемило от накатывающих слез, и лишь натренированная годами непроницаемая маска медиума помогла молодой женщине совладать с собой.
Она молча проводила бывшего ученика взглядом, пока тот не скрылся в темноте лестничного пролета. Через несколько секунд, оставшись одна, медиум закрыла дверь, и лишь тогда чувства полностью захватили ее. От боли, терзавшей ее сердце, не было никакого спасения, и Сабина знала, что сама загнала себя в эту ловушку.
