Не в силах указать заблудившемуся в метель путнику на дверь, Бекки решается пустить его к себе на ночь. Но стоит им оказаться наедине, как ее мысли сразу же заполняют эротические фантазии с участием незнакомца. И это притом, что она никогда не любила надменных заносчивых богачей, всерьез упивающихся собственным могуществом. Проще говоря, Бекки никогда не стала бы тратить время на самоуверенного и властного дельца. Но это не отменяет того, что ее новый знакомый чертовски красив и его просто невозможно выбросить из головы…
Cathy Williams
Snowbound with His Innocent Temptation
© 2016 by Cathy Williams
© «Центрполиграф», 2017
© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017
Эта книга является художественным произведением.
Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.
– Алис, честно, со мной все в порядке!
Ну конечно.
Ветеринарная клиника, в которой Бекки Шоу трудилась последние три года, должна была вот-вот закрыться и превратиться в очередную кофейню, призванную обслуживать бесконечных туристов, приезжавших каждую весну и осень, чтобы сфотографировать Котсуолд. Они скупали бесчисленные картины местных художников, стремясь увезти с собой хоть крупицу местного очарования. Подруги, Сара и Делайла, не прогадали, решив превратить дома в галерею и мастерскую, да и в любом случае обе вышли по любви за миллиардеров, найдя свое счастье в жизни.
Да еще и крыша вдруг начала протекать, и Бекки не сомневалась, что, если как следует прислушается, даже сейчас услышит капающую в подставленное ведро воду.
– И все равно ты слишком молода, чтобы хоронить себя заживо! Почему бы тебе не съездить во Францию? Погостишь у нас пару недель. Уверена, на работе тебя отпустят.
Точно. Через три месяца. И на всю жизнь.
Только вот сестре она этого точно не скажет. И не поедет гостить к ним с Фредди на юг Франции. Как всегда, при мысли о Фредди в груди что-то болезненно сжалось, но она заставила себя ответить:
– Нигде я себя не хороню.
– Я видела прогноз погоды. К выходным в Котсуолде обещают метель. Ты окажешься в зимнем царстве посреди марта, когда весь мир уже цветет в предвкушении весны! Я волнуюсь за тебя.
– Не стоит. – Выглянув в окно, Бекки в очередной раз поразилась, что до сих пор живет в родительском доме. Предполагалось же, что этот коттедж станет ее временным убежищем, где она залижет раны, прежде чем вернуться к своей обычной жизни… Три года назад. А потом пошла работать в местную ветеринарную клинику и уговорила родителей отложить продажу дома. Временно. Пока она не придет в себя и не соберется с мыслями. Будет выплачивать им ежемесячную ренту, и позже поднимется по карьерной лестнице, и переберется в Лондон.
А теперь у нее не останется ни работы, ни дома. Потому что с каждым днем дом ветшает все больше, и если его в ближайшее время не продать, скоро от него вообще ничего не останется. Действительно ли она хочет проснуться посреди ночи, плавая на кровати в озере?
Правда, родителям, перебравшимся пять лет назад во Францию, где к ним вскоре присоединилась Алиса с мужем, она пока еще ничего не говорила. Потому что иначе уже на следующий день на ее пороге соберется вся семья с горячим чаем, утешениями и грандиозными планами спасения.
А ей не нужно, чтобы ее спасали.
Она превосходный ветеринар, Норманн напишет ей отличные рекомендации, и она легко найдет новую работу.
К тому же двадцатисемилетним женщинам вовсе не нужно, чтобы их спасали. Тем более младшие сестры и слишком ответственные родители.
– А разве это не я должна за тебя волноваться?
– Потому что старше на три года? – рассмеялась Алиса, и Бекки мгновенно представила, как светловолосая сестра удобно устроилась на диване, пока Фредди колдует на кухне. Отличный умелый ветеринар, он обожал готовить.
И еще больше обожал Алису. Он влюбился в нее с первого же взгляда, а Бекки еще долго не могла поверить, что собранный и постоянно ушедший с головой в учебники сокурсник может влюбиться в ветреную модель, годами не открывающую книг. Но она ошиблась.
Из них получилась наисчастливейшая пара.
– Со мной все в порядке, – отрезала Бекки, решив отложить разговоры о закрытии клиники и протекающей крыше на потом. – Я не стану выходить в метель в пижаме, а ко мне сюда уж точно никто не заберется. – Улыбнувшись, она осмотрела обшарпанную обстановку. – Все местные знают, что я храню ценности в банке.
Старая одежда, заляпанные грязью резиновые сапоги, набор инструментов, чтобы чинить бесконечные поломки, неизбежная коллекция теплых шерстяных шапок… Да кому вообще придет в голову красть подобные сокровища?
– Просто я подумала, что ты можешь нас навестить и немного развеяться. Когда ты приезжала на Рождество, у нас было слишком шумно и людно, и у меня такое чувство, словно я тебя уже много лет не видела! Хочу, чтобы как раньше, когда мы были младше… только ты и я… Ну и Фредди.
– Извини, я сейчас очень занята. Ты же знаешь, как это бывает перед сезоном ягнения. Куда ни посмотришь, всюду взволнованные беременные овцы… Но обещаю, как только смогу, сразу приеду.
Меньше всего ей сейчас хотелось говорить о Фредди. О парне, с которым она познакомилась в университете и сразу же влюбилась, но он этого так и не понял и стал ей замечательным другом, а потом сам безумно влюбился в ее сестру и едва ли не сразу же сделал ей предложение.
О парне, разбившем ее сердце.
– Дорогая, у нас с Фредди есть новости, и мы бы хотели сообщить их тебе лично.
