— Ложись рядом, Володя, мне будет не так страшно.
— Валечка, как я тебя жалею, люблю, люблю…
— Всегда будешь меня любить?
По двору кто-то пробежал, Вот шаги уже в сенях, кто-то идет в избу. Володя встал.
— Немцы с шоссе направляются в деревню, — приглушенно сказал один из часовых.
— Черт бы их побрал, не дали передохнуть, — выругался Бойкач, ощупью разыскивая в темноте под лавкой свой автомат.
— Я побегу домой, — сказал часовой.
— Идите, спасибо вам.
— Хлопцы, подъем, подъем… В деревню идут немцы, — по очереди начал расталкивать командир своих ребят.
Спросонья партизаны не сразу сообразили, что происходит, тыкались в занавешенные окна, в стены. Однако во двор все вышли в полной боевой готовности.
— Где-нибудь доспим, — сказал Володя и подошел к Вале. — На твой вопрос я отвечу всей своей жизнью, которая пройдет рядом с тобой.
Старый Остап отодвинул занавеску и долго смотрел, как партизаны отдаляются черными точками по белому снегу. Смотрел, пока ночная темень не поглотила их.
