Вот я снова в Базеле. Всего три месяца назад мы с Ирочкой, в компании с будущими вождями и Надеждой Константиновной, бежали из этого города в сторону германской границы, оставив в поезде Женева – Штутгарт купе, набитое мертвыми эсеровскими боевиками. Вроде совсем недавно это было, однако столько всего случилось за это время.
Тогда мы в конце концов добрались все же до Питера, и там мои спутники сразу же принялись заниматься Большой Политикой. А я, грешный, был у них на подхвате. Только не по мне это дело. В общем, «и скучно и грустно…»
Видимо, потому Дед – Александр Васильевич Тамбовцев, – поняв мое состояние, предложил мне настоящую работу. Требовалось снова отправиться в Швейцарию и привезти оттуда в Питер одну очень важную птицу, некоего Парвуса, личность малоприятную и довольно опасную. В нашей истории он успел немало напакостить России. Чтобы он не повторил то же самое уже в этой истории, на самом верху было решено принудительно доставить этого типа пред светлые очи Александра Васильевича.
В страну банков и сыров я отправился не один. Моим помощником и правой рукой был ротмистр Познанский. Михаил Васильевич должен обеспечивать нам связь с зарубежной агентурой военной разведки и контрразведки. Перед нами стояла задача – обнаружить этого самого Парвуса, упаковать его и переправить в Германию. А оттуда, перегрузив на русский корабль, доставить в Питер.
Помогать нам в этом должна была мадемуазель Натали – Наталья Вадимовна Никитина, человек из конторы Ширинкина. Девица была ослепительной красоты и большого ума. Ей предстояло сыграть роль приманки, на которую должен был пренепременно клюнуть неисправимый бабник Парвус. Для страховки с нами отправились двое спецов – Олег Михеев и Никита Чернышев, а также Маша – горничная Натали – тоже мадемуазель из команды генерала Ширинкина.
Я отправился в поход под личиной осетинского князя, гордого, как орел, и глупого, как ишак. Дабы меня не узнали, мне пришлось отпустить шикарную черную бороду. Для пущего антуража я облачился в черную шелковую бекешу, белую черкеску с газырями и мерлушковую папаху. Мягкие кавказские сапожки, кожаный пояс, украшенный накладными серебряными бляхами, и большой кинжал кубачинской работы дополняли мой наряд.
Надев все это, я посмотрел на себя в зеркало.
«Ну, прямо Коста Хетагуров, – подумал я, – а если еще сюда бурку добавить, то самый насоящий абрек».
Михаил Игнатьевич отправился в Швейцарию под видом богатого помещика из Малороссии. По легенде, наша теплая компания должна случайно познакомиться на пароходе «Курония». Не исключено, что могла произойти «утечка», и о нашей миссии уже знали наши оппоненты. Окончательно наш дружный коллектив должен сплотиться по прибытию в Гамбург.
К тому моменту мне надлежало уже вовсю ухаживать за Натали, а Познанскому оставалось лишь втайне ревновать и с досады пить горькую. Что Михаил Игнатьевич довольно натурально и изображал. Олег и Никита, изображавшие провинциальных дворянчиков, впервые вырвавшихся в Европу, были «прилипалами» у «богатенького Буратино», исправно отводя его под руки в каюту, когда Михаил Игнатьевич напивался до положения риз.
В общем, все шло своим чередом. Я гулял под ручку с Натали, вздыхал, закатывал глаза, словом, изнывал от нежных чувств. Натали умело кокетничала, дарила мне многообещающие взгляды, но вольничать не позволяла.
Михаил Игнатьевич продолжал жестоко страдать, вследствие чего регулярно в судовом буфете «поднимал гемоглобин» всеми доступными средствами различной крепости.
В Гамбурге мы пересели на поезд, который следовал в Базель. На перроне я заметил знакомую мне физиономию. В соседний вагон садился криминальрат Ганс Кригер, мой спутник по путешествию из Страсбурга до Любека. Он незаметно подмигнул мне.
Перед прибытием в Базель в коридоре вагона криминальрат, сделавший вид, что он бежит куда-то по своим делам, незаметно шепнул мне:
– Герр оберлейтенант, мы проверили – все чисто, никто за вами не следит. Желаю вам успеха! – и снова дружески подмигнул.
В Базеле мы остановились в гостинице «Les Trois Rois» на берегу Рейна. Распаковавшись и приведя себя в порядок, мы с Натали отправились на прогулку по городу. Как мы и договорились, в случае обнаружения Парвуса нам следовало как можно натуральнее изобразить ссору, после чего я должен был покинуть Натали и оставить ее, все расстроенную и плачущую, рядом с Парвусом. Он обязательно должен был клюнуть на эту «медовую приманку» и попытаться утешить обливающуюся слезами красавицу.
Сидящие у нас на хвосте Познанский и мои спецы должны незаметно проследовать за «сладкой парочкой» для того, чтобы определить местожительство Парвуса. После чего в самый эротический момент нагрянуть в гости к нашему «разжигателю мировой революции».
Неожиданно в мой номер заглянул ротмистр Познанский. Вид у него был довольный.
