В школе Викия Усалиева имела всё: популярность, уважение, восхищение…. А вот в вузе её дела идут не так хорошо: из-за неудачного ответа двум болтушкам-однокурсницам Викия становится изгоем. С ней никто не хочет общаться, её выгоняют из кружков, и даже преподавателям теперь не нравится вспыльчивая девушка…. Кажется, помочь Усалиевой способно только чудо — и именно за ним ведёт Вику к колдунье подруга Марина. Придётся бывшей звёздочке понять, что иногда несоблюдение правила "начни с себя" попросту опасно для жизни.
Причиной воющего, словно одинокий красивый волк в ночном лесу, разочарования девочки по имени Викия Усалиева стало поступление в вуз.
В бело-голубых стенах она задыхалась, словно только что надышалась краской.
Боль в сердце стала верной Викиной спутницей.
Ночью в тёмной комнате девушка неизменно чувствовала на губах соленую влагу….
И винить в том, что её непосредственная жизнь пахла теперь не розами и не шоколадом, Викия выбрала Казанский государственный институт.
— У меня в этом вузе ничего нет хорошего, — жаловалась иногда Усалиева своей подружке, кудрявой курносой блондиночке Маринке Верхиевой. — Пустота одна!
Марина только грустно улыбалась: она знала, о чём говорит Вика и по чему именно так тоскует.
Всю жизнь Викия слышала комплименты и слова восхищения. Усалиева родилась в обеспеченной семье, была единственным ребёнком, и вся семья — мама, папа, бабушка — не могли наглядеться на неё. Как только мама впервые побрызгала на неё дорогими духами, Вика поняла: она особенная! Ни от одной девочки в саду не пахло такой вкусной штучкой!
Садик, куда отдали Вику, был частным — и, пока некоторые дети знакомились со странными словами «просрочка» и «задолженность», Усалиева осознавала, что она маленькая принцесса, розочка, красавица, умница…. Тогда-то Викия и привыкла к приятному теплу, что ударяет в голову во время сладостных хвалебных речей….
В платной гимназии Вике также пели розовые оды. Девочка была красивой и отлично училась, неплохо пела и читала стихи наизусть, танцевала контемпорари-дэнс — поэтому все школьные годы Усалиевой прошли в олимпиадах, на сцене, в путешествиях, подарках, дискотеках…. Мягкие тёмные кудряшки, карие глаза с пушистыми ресницами, стройная фигура фитоняши, белая кожа с весёлыми веснушками вокруг носа очень нравились всем мальчикам…. Розовые модные наряды и забавные хвостики Викии считались эталоном красоты для каждой гимназистки. И она, Вика, просто не догадывалась, что монада способна перевернуться…
Сдав каждый ЕГЭ на высокий балл, Викия поступила в главный вуз Казани — она любила атмосферу своего родного татарского мегаполиса. Горечь накрыла её не сразу — сначала климат в её группе был мягким и ласковым, а ей, Вике, радовались, когда она входила в аудиторию.
Усалиева не чувствовала вину за то, что примерно через месяц её отношения с коллективом ухудшились. Она видела себя королевой, творящей реальность. Она любила быть на первом плане. Она хотела подчинять. Устанавливать свои правила….
— Викия вообще ненормальная! Ей кажется, блин, что она кому-то тут нужна! Во дура! — однажды намеренно громко защебетали однокурсницы, сидевшие неподалёку от Вики. Она оторопела, а спустя несколько секунд разозлилась: посмел бы кто-то в гимназии ей такое сказать!
— Дорогие, ваше место в газовой камере, — гордо произнесла тогда Вика, повернувшись к однокурсницам. — Вы, походу, сможете только там заткнуться!
Девчонки недобро сощурились, а Викия лишь отвернулась. Она и не знала тогда, как её «накажут»….
То, что «Викия Усалиева призывает к фашизму», разлетелось по всему институту. И Вику выгнали из всех творческих коллективов вуза, «отменили» в научном сообществе…. Даже некоторые преподаватели с того момента поглядывали на неё с отвращением, что самолюбивую Усалиеву приводило в отчаяние.
— Ну нефиг было болтать всякую хрень! — сказала тогда Маринка. Она была одноклассницей Вики, училась в том же институте, только на заочке, и в настоящий момент являлась для Усалиевой единственным человеком, не «отменявшим» Викию…. Она же была и тем исключением, кто мог себе позволить разговаривать с брюнеткой грубо.
— Я НЕНАВИЖУ ЭТОТ ВУЗ! — рыдала Викия. — Здесь одна тупая преснятина, мне тут плохо! Я хочу обратно в школу, где меня все любили! Тут ужасно, Мариш!!!
Верхиева, без слов обняв подругу, принялась укачивать её, как малышку….
Вика в тот момент окончательно поняла, что больше не будет звездой и не сможет жить по собственным правилам….
— Я обречена, — грустно вздохнула Усалиева, и скупой на сантименты Марине вдруг тоже захотелось плакать….
— Слушай, Викия, давай к астрологу пойдём? — как-то раз сказала Маришка, уже несколько недель работавшая «ушами» для Вики. — Я серьёзно!
— Ну…. — протянула Викия. — А что он сделает?
— Она. Скажет, как себя вести, чтоб тебя твои придурки приняли. Гороскоп твой персональный составит и на его основе что-нибудь посоветует.
— Мариш, да я не верю в это, — слабо улыбнулась Викия.
— Пофиг, поверишь.
Верхиевой удалось уговорить темноволосую подружку, и в четверг после пар они пошли к колдунье-астрологу, которая, кстати, была Марининой знакомой и работодателем.
Маришка сотрудничала с Шейлой (так звали ведьму) с 14 лет — покупала благовония, забирала различные магические товары с торговых площадок, кормила ворона Джинку, протирала от пыли стеклянные шары, точила карандаши для рисования натальных карт… и занималась пиаром, приводя к колдунье клиентов. Шейла ненавидела рекламные агентства, считая их «утешением для лузеров».
