Прошла неделя. На рассвете в один из дней Ален Луарский стоял на носу маленького корабля, на котором он со своими дружинниками приплыл в Ванахейм из Луары. За его спиной стояли у руля Жиль и Барт и правили через фьорд прямо к пристани Вольфгарда. Этот весенний день был довольно прохладным. Резкие порывы ветра надували квадратный парус корабля и рвали плащ Алена с плеч. Ален находился в приподнятом настроении оттого, что после семнадцати лет разлуки, он отыскал сестру. Однако, он понимал, что его миссия здесь, в Ванахейме, далеко еще не завершена. За эти несколько дней, что он прожил в поселке Виктора Храброго, он лучше узнал свою сестру и изо всех сил пытался уговорить ее отправиться с ним на Луару, но по-прежнему безуспешно. Хотя Ален постоянно убеждал сестру, что ее муж может отправиться с ними на Луару, в душе он все больше приходил к мысли, что Виктор – настоящий камень преткновения на пути к его цели. Поэтому ему только оставалось надеяться на то, что удастся уговорить сестру бросить ненавистного викинга. Однако, на людях Ален относился к Виктору с уважением, не желая отталкивать от себя Рейну, хотя в душе он не чувствовал к ярлу ничего, кроме презрения, считая его таким же безбожным варваром, как и всех остальных.
Ален всерьез опасался, что драгоценное время уходит от него. И ему все труднее и труднее осуществить свой замысел. Вчера он случайно заметил, что ребенок у его сестры бьется в низу живота. А это означало, что она может родить в любой момент, в любой день. Естественно, тогда молодая женщина еще сильнее привяжется к своему мужу и разлучить их будет труднее. Поэтому Ален решил попробовать посетить ярла вражеского рода и попытаться выяснить, не сможет ли этот варвар оказаться ему полезным. Решившись на этот рискованный поступок, Ален опасался за свою жизнь, но все-таки решил, что возможные выгоды от этого визита перевешивают риск быть убитым. У него были все основания предполагать, что разговор с врагом Виктора будет успешным. Ален еще никому не говорил о том, что у него с собой есть послание от Рагара к отцу. То, что сын Вольфгарда находился на Луаре, тоже, по мнению Алена, должно было обеспечить ему безопасность.
Корабль ударился о доски пристани, но, прежде чем спутники Алена смогли спрыгнуть на причал, показались три стража с обнаженными мечами.
– Кто идет? – выкрикнул первый, самый здоровый викинг.
– Я – Ален, князь Луары! – гордо ответил Ален. – Мы пришли к вам с миром и желаем видеть вашего ярла Вольфгарда! У меня к нему послание от его сына, Рагара, который сейчас живет среди моего народа!
Услышав это, викинги посовещались между собой, затем один из них кивнул:
– Бросайте сюда веревку, а ты Ален Луарский, прикажи своим воинам сдать оружие! Мы отведем вас в терем ярла, и теперь он сам решит, что с вами делать.
Ален и его дружинники поступили, как им было сказано и под конвоем пошли вверх по тропинке. Когда они оказались в маленькой, закопченной палате, Ален, по описанию Рагара, тотчас же узнал Вольфгарда. Вождь сидел возле очага, в котором жарко пылал огонь и грыз баранью ногу. Его подбородок и темное одеяние лоснилось от жира. Услышав звук шагов, ярл подозрительно взглянул на вошедших.
– Это еще кто такие? – спросил он у старшего стража. – Лазутчики Виктора?
– Нет, великий ярл, – воин кивнул в сторону Алена. – Вот этот говорит, что у него послание от твоего сына!
Вольфгард уставился на юношу.
– Кто ты такой?
И тут ярл увидел, что пленник нахально улыбается:
– Ты не узнаешь меня, старик?
Вольфгард отбросил в сторону кость, медленно встал и внимательно посмотрел на высокого, стройного юношу, который осмелился оскорбить его. Что-то в лице этого мальчишки было удивительно знакомым, даже раздражающе знакомым.
– Попробуй еще раз уколоть меня своим языком, щенок, и я вырежу тебе его!
Ален не выказал и признака малейшего страха:
– Не в твоих силах погубить меня, старик! Однажды ты уже пытался это сделать, но у тебя ничего не вышло!
– Что еще за чепуху ты городишь? – Вольфгард недоуменно посмотрел на пленника.
– Дай я сниму ботинок и ты сам увидишь!
Викинг нахмурился.
– Дай, я его прирежу! – предложил один из охранников. – По-моему, он сумасшедший!
Но Вольфгард предостерегающе поднял руку.
– Нет, он раззадорил меня! Затем ярл кивнул Алену:
– Ну, снимай свой ботинок!
Ален снял, и все присутствующие в комнате изумленно охнули, а Вольфгард побледнел, увидев ступню с шестью пальцами.
– Ну, ты узнаешь меня, старик?
– Ты брат Рейны? – изумленно спросил Вольфгард.
– Да! Я – Ален Луарский! Я был беспомощным младенцем, когда ты бросил меня погибать среди развалин! Однако, даже твоя злоба не смогла погубить меня, старик! И вот я здесь!
– Да, это я и сам вижу! – Вольфгард кивнул. – Чего ты хочешь от меня? Ты сказал, что у тебя послание от моего сына!
Ален выбрал момент, обулся, затем снял с шеи деревянный талисман, висевший на кожаном шнурке.
– Вот, Рагар посылает это тебе как доказательство того, что он жив, и я буду говорить от его имени.
– Ну-ка, дай я посмотрю! – Вольфгард протянул руку, и Ален, шагнув вперед, передал ему талисман.
