– Убей его, Сигурд! – попросил Эйд. – Я заплачу тебе серебром Гуторма. Убей прямо сейчас!
Сигурд посмотрел на Асгота и заметил, что у того на шее, на тонком ремешке висит маленький ключ. Таким ключом отпирались кандалы рабов. Губы Асгота изогнулись, и Сигурд отвел руку для броска. Копье пересекло заполненный дымом зал и вошло Эйду в спину между лопаток. Тот сделал два шага вперед, и раб вонзил ему скрамасакс в живот, а потом оттолкнул в сторону.
– Мне он сразу не понравился, – пробормотал Улаф.
– Этот парень опаснее зимы, – пробормотал Солмунд, пока все смотрели на раба, который не сводил взгляда с Сигурда.
Снаружи доносились крики, и не требовалось особого ума, чтобы сообразить: все сочли, что Сигурд и его люди приняли участие в разгоревшейся в доме Гуторма бойне. Восемь человек умерли или умирали от полученных ударов; уцелела лишь обезумевшая Фастви, которая прижимала к груди тело мужа и едва ли понимала, что происходит вокруг.
– Ну и что теперь? – спросил Сигурд у раба.
Безбородый парень улыбнулся.
– А теперь мы уйдем, – ответил он.
– Оно умеет разговаривать, – пробормотал Хагал.
– А откуда нам знать, что ты не проломишь нам головы топором, как только у тебя появится возможность? – спросил Сигурд у раба.
– У парня не будет шанса, если мы освежуем его прямо сейчас, – вмешался Улаф. – Я бы не хотел, чтобы он сидел с веслом у меня за спиной.
– Этот молодой человек отлично подойдет для твоей саги, Сигурд, – заметил Хагал.
– Все исчезло! – сказал Асгот, вышедший наружу, чтобы собрать оружие, которое они оставили у входа в зал. – Кто-то его украл.
– Да, ночь будет необычной, – сказал Улаф.
– Возможно, во всем виноват похожий на лошадиную мочу эль, которым мы вчера наполнили свои животы, – заявил Солмунд. – Не следует ждать ничего хорошего, когда пьешь такую гадость.
– Но зачем они забрали наше оружие? – прорычал Улаф.
– Потому что они собирались прикончить вас из-за серебра, которое вы выиграли у Камня Плача, – сказал раб Гуторма, – а также из-за остальных ваших вещей. – Он пожал плечами. – Они не привыкли к хорошим мечам, но им ваши клинки пригодятся. – Он указал топором на Улафа. – Как и кольчуга.
– Гуторм собирался зарезать нас во сне? – спросил тот. – Ну уж нет, у него не хватило бы храбрости.
– Откуда ты знаешь? – спросил Сигурд у черноволосого раба.
– Я слышал, как он обсуждал это с Эскилем Хромым, – сказал тот, обращая взгляд волчьих глаз на Улафа. – Они приковали меня, однако мне не выкололи глаза и не отрезали уши.
– Ну, теперь они наверняка об этом пожалели, – прорычал Улаф, в голосе которого все еще слышалась жажда крови, что было вполне естественно после событий, участниками которых они стали.
Они едва успели прийти в себя от пропитанного элем сна и до сих пор не успокоились после короткой, но страшной схватки.
– Но это не наши проблемы, – сказал Солмунд.
Локер кивнул.
– Нам следует уйти до рассвета – они наверняка приведут какого-нибудь крикуна с большим отрядом.
– Да, это отхожее место ярла Рандвера, – сказал Улаф, – и он наверняка пошлет людей, чтобы выяснить, почему кто-то зарезал Гуторма и его дружков. – Он повернулся к Сигурду и указал на раба. – Если они и в самом деле собирались зарезать нас во сне, то парень оказал нам услугу. – Он поскреб заросшую щетиной щеку. – Возможно, нам не стоит его убивать.
– Пусть это тебя не останавливает, Улаф, ты можешь попытаться, – заявил раб, жестом предлагая кому-нибудь напасть на него и прикончить.
Или хотя бы попытаться.
Однако Сигурд не забыл, как Гуторм и Хромой шептались, и губы их шевелились, точно черви в гниющей плоти. И помнил выражение лица Фастви, когда сквозь дым посмотрел ей в глаза. Теперь, когда Сигурд понял, каким человеком был ее муж, он начал догадываться, как все могло произойти. Юноша собрался подойти к Фастви, которая все еще сидела на соломе, обнимая убитого мужа, поднести нож к ее горлу и потребовать рассказать правду. Но какое это имело значение? Он в любом случае не собирался убивать раба. Даже если рассказ парня о предполагаемом предательстве Гуторма и Хромого содержал столько же правды, сколько саги Хагала Песнь Ворона.
– Хотелось бы узнать, как он избавился от кандалов, – сказал Свейн, кивнув в сторону темного угла, где был прикован молодой раб.
Сигурд бросил быстрый взгляд на Асгота, но тот не открывал рта, а потому юноша не стал упоминать о ключе, висевшем у годи на шее.
– Мне кажется, ты мог в любой момент убить Гуторма и его друзей, – сказал он рабу, который больше не был рабом. – Почему ты так долго ждал?
Юноша засунул топор за пояс, потом наклонился и вытер скрамасакс о рубаху мертвого Хромого, который лежал с широко открытым ртом и глазами.
