На следующий месяц мы превратились в лесорубов, землекопов, носильщиков и маскировщиков, оборудуя землянки и схроны в глуши, огневые позиции в районе дороги и ловушки на обходных путях, создавая запасы дров и продовольствия. Не забывая все это время следить за дорогой, периодически захватывая и уничтожая, после допросов, отдельные группы австрийских военнослужащих. В ходе этих захватов парни доказали, что стали настоящими диверсантами, действуя хладнокровно, с дьявольской хитростью и изощренностью, захватив даже две отремонтированные пушки, возвращающиеся в полк в составе небольшой тыловой колонны.
***
В конце сентября я понял, что мы в основном готовы к началу большого шухера. Конечно, предела совершенству нет и быть полностью готовым ко всему невозможно, но тут, как на деревенской свадьбе «хочешь, не хочешь, а драку нужно начинать». Захваченные ранее языки, дали нам общее представление о сложившейся в Галиции обстановке. Дорога, которую мы оседлали и собирались перекрыть, была, как я и предполагал, одним из двух и самым коротким маршрутом снабжения группировки австрийцев действующей на направлении Станислав-Тарнополь. В Станиславе расположился гарнизон штыков в пятьсот, а основные силы дислоцируются в окрестностях Тарнополя, прикрывая границу с остатками Речи Посполитой.
А что касается сопротивления поляков, то оно к нашему большому сожалению было практически подавлено. Ну что ж, все, как всегда. Хочешь сделать что-то хорошо – делай сам. Но мы не в обиде, зря что ли трудились бобрами и землеройками. Не пропадать же даром нашим титаническим трудам.
Теперь следовало определить план наших дальнейших действий, для чего собрав вечером в штабной землянке командиров троек и Ригу, как нашего джокера, мы приступили к мозговому штурму. Первым по нашей новой-старой традиции предстояло высказаться Риге, как самому молодому и по возрасту и должности.
– Судя по всему, в ближайшее время передвижения серьезных австрийских отрядов ожидать не приходится! – уверенно начал Рига, у которого уже был на счету успешный захват языка, – Значит нужно как-то разворошить этот муравейник!
Остальные командиры троек поддержали мысль Риги, но дополнительно ничего предложить не смогли. Как ни крути, мозгами они оставались пока обычными, пусть и хорошо подготовленными, солдатами, не привыкшими мыслить самостоятельно и масштабно.
– Нужно навести в Галиции шухер, да посильнее! – взял слово Добрый, – Который вынудил бы австрийцев перебросить подкрепления из Закарпатья!
– В точку! – начал я подводить итог, – Повторим вариант с крепостью Ор-капу. Выходим на равнину, вырезаем австрийский гарнизон, дожидаемся отправки гонцов на большую землю и блокируем перевал. Только без разведки вниз идти нельзя. Сведения языков следует проверить!
– Я могу пойти командир! – выпалил Рига, словно ждал этих слов, – Только я знаю польский и немецкий и смогу провести разведку!
– Аргументы железобетонные! – обдумав предложение, согласился я, – Добрый прикрываешь, сработаешь под немого. Рига, оденешь шмотки гражданского австрийца из последнего конвоя. По размеру подойдет, да и крови вроде не было. Оружие местное, по паре пистолетов и холодняк. Добрый возьми ручных гранат. Выходите завтра, время трое-четверо суток. Задача – Станиславский гарнизон, численность, подходы, система охраны. Рига, легенду продумай сам, с учетом немецких традиций и привычек. Цыган отправь ко мне Лиса. Остальные задачи знают. За дело!
Написав короткую шифровку Суворову, о том, что через пять-шесть суток Станислав можно будет брать голыми руками, пусть ждут сигнала в виде большого пожара в городе, я проинструктировал пришедшего Лиса и отправил его в бешенную гонку со временем. Как же не хватает связи!
Сказать, что Рига боялся, значит ничего не сказать. Он, конечно, уже не был тем юношей, которого чуть более полугода назад принял к себе на службу Викинг. За это время он через столько прошел, сколько иному человеку и за всю жизнь не придется испытать. Но все прошлые перипетии происходили под крылом командиров и старших товарищей, а сейчас он был главным и только он мог обеспечить результат операции.
Конечно, Рига понимал, что за спиной у него есть Добрый, который прикроет и выручит в трудной ситуации. Но понимал он и то, что если Доброму придется вмешаться, значит это он провалил задание и разведка не удалась, и еще это значит, что работа сорока человек может пойти прахом и вся их миссия может оказаться под угрозой провала. Именно переживание за общий результат и слова Викинга перед выходом успокаивали его, давая возможность сосредоточиться на задаче. Ведь Викинг, увидев его состояние, не стал отменять выход, а просто сказал, отечески похлопав по плечу «Это нормально, как только начнется работа, ты успокоишься и просто сделаешь все, что требуется. Я в тебя верю!».
