Кривоногий в задумчивости потянул себя за бороденку и обменялся парой слов с раненым, который привез их. Их речь напомнила Орму больше уханье совы, чем речь человека, но они, по-видимому, понимали друг друга без труда. Многие из стоявших вокруг широко заулыбались Орму, вытащили ножи и стали проводить ими по своим глоткам. Это, говорил Орм впоследствии, был самый плохой момент в его жизни, потому что он подумал, будто это означает, что пленникам уже перерезали глотки, хотя он и надеялся, что это может просто означать намерение перерезать глотку ему. Это казалось ему намного меньшим злом, если бы благодаря этому Черноволосый бы был освобожден.
Он сказал писцу:
— Спроси его, живы ли еще эти двое пленников? Кривоногий кивнул головой и крикнул что-то троим, выступившим вперед. Это были хозяева пленников.
Орм сказал:
— Скажи им. что я хочу выкупить пленников за большое количество серебра. Они — мои сыновья.
Трое стали что-то бормотать, но кривоногий сказал, что будет лучше, если Орм и писец пойдут вместе с ним к вождям. Они подошли к трем шатрам, которые были побольше остальных, и вслед за кривоногим вошли в центральный из них.
Три старика, одетые в меха и с бритыми головами сидели на шкуре на земле, подогнув ноги, и ели из глиняной миски. Когда они вошли, кривоногий остановился и сделал знак Орму и писцу, чтобы те молчали. Три старика ели жадно, облизывая ложки и причмокивая губами от удовольствия. Когда миска опустела, они облизали ложки и воткнули их в отверстия в своих мехах. Потом, наконец, они снизошли до того, чтобы заметить, что кто-то вошел.
Один из них кивнул кривоногому. Он согнулся до земли и стал говорить, а вожди слушали его с ничего не выражающими лицами, отрыгивая время от времени.
Тот, который сидел посередине, был меньше двух других, и у него были очень большие уши. Склонив голову на сторону, он пронзительно смотрел на Орма. Наконец, кривоногий кончил говорить и наступила тишина. Потом маленький вождь проскрипел несколько слов, и кривоногий почтительно склонился и вышел вон, уведя с собой и писца.
Когда они ушли, маленький вождь сказал медленно
— Приветствую тебя, Орм Тостессон, хотя нам лучше скрыть тот факт, что мы знакомы. Давно мы с тобой не встречались. Йива, дочь короля Харальдг игравшая ребенком у меня на коленях, еще жива?
Орм глубоко вздохнул. Он узнал маленького человечка сразу же, как тот заговорил. Это был Фелимид. ирландский шут короля Харальда.
— Она жива, — ответил Орм, — и хорошо помнит тебя. Это ее сын — один из пленников. Это — очень странная встреча, которая может оказаться счастливой для нас обоих. Ты что, вождь у этих патцинаков
Фелимид кивнул:
— Когда человек стар, надо хвататься за то, что есть. Но я вообще-то не могу жаловаться.
Он заговорил со своими товарищами-вождями, повернулся и что-то крикнул вглубь шатра. Вышла женщина с большой чашкой, которую они пустили по кругу, и которая вскоре опустела. Женщина вновь наполнила ее. Потом, когда она снова опустела, другие два вождя с трудом встали и вышли, пошатываясь.
— Сейчас они будут спать, — сказал Фелимид Орму, когда они остались одни. — Эти люди легко пьянеют, лотом сразу же засыпают и спят полдня. Простые души. Теперь мы с тобой можем поговорить без помех. Ты долго ехал и, наверное, проголодался?
— Ты правильно угадал, — сказал Орм. — Когда я тебя узнал, мое беспокойство утихло, а три вещи, которых мне сейчас хочется больше всего — это вновь поскорее увидеть сына, поесть и попить.
— Ты увидишь его, как только мы решим вопрос о выкупе, — сказал Фелимид. — Боюсь, что это будет стоить тебе серебра, потому что, если я прикажу по-другому, все племя разъярится против меня. Но сначала будь моим гостем.
Он выкрикнул приказания, вошли шестеро женщин и стали накрывать еду на подстилке, которую расстелили на полу.
— Это — мои жены, — объяснил Фелимид. — Возможно, это покажется слишком много для старика, но таков здешний обычай. И мне ведь надо чем-то заняться теперь, когда мой брат Фердиад умер, и я не могу больше практиковаться в своем искусстве.
— Это печально, насчет брата, — сказал Орм. — Как он умер? И как ты сюда попал?
— Ешь, а я расскажу тебе, я уже достаточно съел. Увы, у нас тут нет пива, но есть напиток, который мы делаем из кобыльего молока. Попробуй, он не так плох.
Это был чистый напиток, с кисло-сладким вкусом, и Орм подумал, что трудно будет похвалить его, однако вскоре он заметил, что в нем была хорошая крепость.
Фелимид заставил Орма съесть всю пищу, которую ему принесли, и крикнул женщинам, чтобы принесли еще. Тем временем он рассказал о том, что произошло с ним и его братом с тех пор, как они покинули Гренинг.
