— Но я вполне могу выяснить, когда вернусь домой, что все наследство осталось мне, — сказал он. — Когда я уезжал, мой отец уже был довольно стар, а мой брат Одд проводил каждое лето в Ирландии и не выказывал намерения оставаться дома. А я слышал, что викингам в Ирландии пришлось туго в последние годы, когда там возвысился король Брайан.
Король Харальд кивнул и сказал, что король Брайан принес смерть многим датчанам в Ирландии и многим морским бродягам, попавшим в его прибрежные воды. Хотя, в каком-то смысле, это и хорошо, поскольку среди тех людей было много таких, кто был вне закона и в своей стране.
— Но этот Брайан, король Мунстерский, — сказал он, — совсем потерял голову от своих успехов, так что сейчас он требует дань не только от моего доброго друга короля Олофа Коркского, но даже от моего родственника Зигтригга Шелковой Бороды из Дублина. Такая самонадеянность может сослужить ему плохую службу, и в свое время я пошлю флот на его остров, чтобы умерить его дерзость. Было бы хорошо привезти его сюда и привязать к двери моего зала, не только для развлечения моих людей во время еды, но и чтобы преподать ему урок христианского смирения и для предупреждения другим королям. Поскольку я всегда считал, что к королю Дании должны с почтением относиться все другие монархи.
— Я убежден, господин, — сказал Орм, — что ты — могущественнейший из королей. Даже среди андалузцев и негров встречаются воины, которые знают твое имя и рассказывают о твоих великих делах.
— Ты хорошо сказал, — ответил Король Харальд, — хотя ранее ты выказал недостаточное смирение, попросив руки одной из моих дочерей, хотя даже не знал, как обстоит дело с твоим наследством и собственностью. Я не буду слишком сурово осуждать тебя за это, поскольку ты еще молод и неразумен. Но я и не соглашусь сразу же на твою просьбу, хотя и не откажу. Вот мое решение. Приходи ко мне опять осенью, когда я вернусь из похода, а ты будешь лучше знать, каково твое богатство и перспективы. И если я тогда сочту его достаточным, ты получишь девушку в знак дружеских чувств, которые я питаю к тебе. А если нет, тебе всегда найдется место в моей охране. А до этого потерпи.
Когда Орм рассказал Йиве, чем закончился его разговор с королем Харальд ом, она пришла в ярость. Слезы набежали у нее на глаза, она кричала, что вырвет бороду старику за его скупость и упрямство, а затем сразу же сделает т^к, как Токе посоветовал ей. Но когда она успокоилась, то решила пока отказаться от этого плана.
— Я не боюсь его гнева, — сказала она, — даже когда он ревет как бык и швыряет в меня пивной кружкой, потому что я слишком быстра для него, и ему ни разу не удавалось попасть в меня, а его приступы ярости скоро проходят. Но если кто-то ему противоречит, когда он уже что-то решил, то он запоминает это надолго и стремится отомстить. Поэтому, мне кажется, что не надо нам ему противиться в этом деле, а то его гнев обратится против нас обоих, и он отдаст меня за первого попавшегося богача, только чтобы досадить мне и показать, кто из нас сильнее. Но знай, Орм, что я не хочу другого мужа, кроме тебя, и готова ждать тебя до осени, хотя разлука будет долгой и тяжелой. Если он и тогда не согласится с нашим выбором, я больше не буду ждать, но пойду с тобой, куда бы ты меня ни повел.
— Когда я слышу такие твои слова, — сказал Орм, — я почти начинаю снова чувствовать себя мужчиной.
Король Харальд подготовил двадцать кораблей для своего похода. Двенадцать из них предназначались для Стирбьорна, а с остальными он намеревался утвердить свою власть в Сканоре, где всегда требовалась сильная армия для сбора сельдяного налога. Он очень тщательно подбирал команды кораблей, и каждый датчанин стремился попасть на корабли, которые должны были плыть со Стирбьорном, потому что все знали, что там можно будет, захватить большую добычу.
