В итоге, если у меня всё получится — я построю на основе ядра что-то полезное. Например магическую электростанцию с бесконечной генерацией энергии, но… сколько лет я потрачу на такой проект?
Мне намного проще и быстрее построить с десяток обычных электростанций своими руками, что будут работать на угле.
Так что, магическая хреновина поедет к Королю, чтобы укрепить моё текущее положение.
Люди и земли сейчас важнее условной магоэлектростанции
«Я следовал за стариком несколько часов. Его стальной вихрь постепенно слабел, как и он сам. В конце концов старик свалился в безымянный овраг, где и встретил свой конец. Я подошел к бездыханному телу. На поясе у него висел туго набитый кошелек, а в руках невзрачная и замусоленная книга. Мне словно давали выбор, деньги позволили бы стать горожанином, овладеть каким-нибудь ремеслом и спокойно прожить тихую и счастливую жизнь…
Благодарно поклонившись телу и спрятав её за пазухой, я направился в еще горящую деревню. Мне нужно было найти кого-то, кто мог бы научить меня читать.
К рассвету полил проливной дождь и потушил остатки деревни. Вода смыла сажу, а лучи света дали возможность посчитать потери. Погибли все, кто мог бы меня обучить. Весь следующий день выжившие копали могилы, копал и я, надежно спрятавший книгу.
На второй день нас посетил лорд. Брезгливо прижимая к носу платок, он приказал обыскать всё вокруг. Обобранный труп старика кинули в могилу, рядом с убитыми им же крестьянами. Потерявший сына староста пытался возражать, но лорд одним ударом сломал ему челюсть.
— Обыщите всех. Работа мастера не могла пропасть бесследно!
Слуги перевернули всё вверх дном, но не нашли ничего.
— Господин, кошель Мастера не был тронут. Крестьяне трусливы и не посмели бы прикоснуться к трупу! — Сделал разумный, но запоздалый вывод старший слуга.
— Жаль. Хорошо, соберите весь этот сброд и отгоните в серые холмы. Гоблины опять вырезали там всех… — Приказал Лорд, а чтобы у тех немногих, кому посчастливилось не только пережить безумие мага, но и сохранить дом, не возникло соблазна вернуться — он лично поджег уцелевшие дома.
Нам пришлось покидать свою землю и с немногими пожитками отправляться в путь под присмотром жестоких слуг.»Я закрыл дневник и потер лоб. Проклятая голова болела уже несколько дней. Я думал отвлечься чтением, но это не помогало.
Посидев пару минут с закрытыми глазами, я вновь открыл дневник и полистал страницы. Перед глазами понеслись строчки о том, как Хорнет с матерью оттирали стены нового дома от крови прежних владельцев, о том, как нашли двух выживших от гоблинского набега, после рассказа которых несколько переселенцев решили сбежать. Как их поймали, привезли в деревню и казнили у всех на виду, как прибыл рыцарь, что должен был защищать деревню…
— Господин, отряд привез, что вы просили! — Отрапортовал гвардеец.
— Отлично, пусть несут к котлам. — Воодушевленно ответил я и направился туда же.
Возле костра традиционно сидела Аша и уже рылась в мешочке, что притащили солдаты. Гопстопнула их, зараза?
Раздраженно вырываю мешочек у неё из рук.
— Эй! Я не рассмотрела.
— Сейчас рассмотришь. — Ворчу я и щедро отсыпаю в котелок содержимого мешка. — Воды плесни и кипяти.
Она нюхает плавающую по воде кору, вылавливает одну и закидывает в рот. Жует.
— Тьфу, ну и гадость. — Плюется она.
— Ясное дело, это же лекарство.
— А, понятно. Я думала, суп будет. Голова всё не проходит? Удивительно, почему она вообще у тебя болит, маги крайне редко болеют…
Рон, к которому я обращался с проблемой, тоже недоумевал. А потом предложил макового молока. Чуть подумав, я отказался, решив сначала попробовать более мягкие средства. К примеру, ивовую кору, которую с самой древности использовали как мягкое обезболивающее. Пусть оно послабее аспирина и содержало ненужные примеси — это было самое доступное средство, что не вызвало бы спутанность сознания.
Прокипятив, процедив и остудив с помощью Аши коричневую жидкость, я залпом выпил целый стакан.
— Ну как?
— Оно не действует моментально. Хотя бы полчаса надо подождать.
— Я могу попробовать сжечь твою боль в мгновение ока, если хочешь. Но мозги могут закипеть! — Радостно предложила она, болтая ногами.
— Нет уж, спасибо.
Мой конь подошел сзади и ласково лизнул меня в затылок, намочив волосы.
— Фу! — Громко возмутилась Аша. — Я бы посоветовала помыть после этого голову!
— Помолчи уже, будь добра. И так голова болит.
Я потрепал демонического конягу за гриву. Беспокоится, зараза.
Вот только голова не перестала болеть ни через полчаса, ни через час.
Фургон подпрыгнул на ямке, и бурлящий уксус выплеснулся из колбы на стол.
— Разве обязательно заниматься этим на ходу? Может привала дождемся? — Спросила Аша уже раз в пятисотый за сегодняшний день.
— Заткнись и жги. — Взбешенный головной болью, неудачами с синтезом аспирина и бесконечным нытьем Аши, рявкнул я.
— Хорошо, хорошо… не кипятись только, как этот уксус. — Пошутила она и принялась разогревать содержимое реторты.
