— Возможно. — Он достал из глубин плаща пузырек и поставил на стол. — Алхимия, влияющая на эмоции серьезно бьет по мозгам. Но будьте уверены, госпожа, сегодня я не пользовался ничем из этого.
— Двуличный ублюдок… — Выдохнула она. Обманывал её талант с помощью алхимии!
Взгляд торговки метался по кабинету в поисках выхода.
— Может, всё-таки мы её сначала… — Похотливо произнес Лоуренц.
— Только после меня! Она всё-таки моя жена, всё еще. Сам подумай, как я буду выглядеть, если пущу тебя вперед! — Возмутился Булл.
— Признаюсь, она мне нравилась больше, когда еще не увеличила грудь.
— Щенок! Ничего не понимаешь в женской красоте!
— Господин, не имею нечего против сисек, но меру надо знать…
Их препирательства прервал грохот выстрела. Охранник, что перекрывал дверь — теперь сползал по стене, истекая кровью.
А Тамилла уже неслась вниз по лестнице.
— КРЕТИНЫ! Поймайте её, поймайте! — Истошно завопил Булл.
А Лоуренц, вмиг перетрухнувший от перспективы оказаться крайним, помчался за бывшей госпожой.
— Ловите её, ловите! — Кричал он, спотыкаясь об работников гильдии, что не спешили помогать.
Прогремел второй выстрел и охранник, попытавшийся загородить дорогу, схватился за шею. Из порванного пулей горла толчками хлестала кровь. Картина произошедшего отрезвила Лоуренца, и он уже не так спешил сам ловить госпожу, предпочитая призывать других. Но, вот беда, Тамилла не держала в персонале идиотов.
Оставшаяся охрана сделала верные выводы и число желающих поймать госпожу быстро упало до нуля.
Двух смертей хватило, чтобы Тамилла почти беспрепятственно скрылась на улицах столицы…
Жители столицы в целом были привычны к крови, убийствам и шумным разборкам. Этим их было не удивить, но вот зрелище огромной, стальной телеги, с закутанным в шелка грузом, что тянули сразу три боевые химеры — само по себе вызывало интерес.
Особенно если учитывать, что эскорт был не менее интересным. Рядом с королевскими гвардейцами шли боевые монахи инквизиции и не переставая провозглашали хвальбу всеединому.
— У Теократии какой-то праздник? — Спрашивали горожане друг у друга. — Что они везут? Почему так много гвардейцев?
Вопросы оставались без ответа, что не мешало любителям посплетничать приводить самые безумные догадки.
«Убили тролля! Нет, Дракона! Кто-то из младших сынов рода совершил подвиг! Нет, это был одноглазый бродячий воин…» — Слышалось в толпе. Кто-то поддавался настроению, махал руками и кричал «Ура», празднуя сам не знаю что.
Люди повнимательнее бы заметили, что уже видели этот груз, пусть тогда он был закутан лишь в кое-как сшитые между собой палатки. И что привезла его целая дюжина быков, под присмотром солдат в черно-белой броне. А кто-то даже сам видел, как эти люди останавливались в Золотой Лошади, после чего туда один за другим прибывали далеко не самые последние люди в королевстве… Но кто таких будет слушать? Скупые крупицы фактов не интересовали толпу, им были интереснее истории про бродячих мастеров меча и драконов.
Впрочем, кое в чем сошлись все сплетники — груз однозначно везли во дворец.
Аристократы, что собрались во дворце, знали намного больше, чем толпа горожан.
— Какой дешевый пафос. Не много ли чести телу одного паука-воина? В молодости мой отец сразил двоих таких за один бой. — Пренебрежительно скривился один из них.
— Кондоры хотят с триумфом занять былое место? Их усилия смотрятся смешно. — Согласился другой.
Как ни крути, любой из собравшихся в зале мог убить паука-воина. Да, для младшего адепта, которым был отпрыск Кондора, это весомое достижение. Но хвастаться им перед всем двором?
В лучшем случае он добьется лишь равнодушного кивка, в худшем — раздражения. Словно ребенок, что донимает прохожих просьбой посмотреть, какой ровный замок из песка он построил. Лишь его родителям такое будет интересно.
Мир аристократов жесток, и почти все они согласились, что поведение Кондора вызывает у них что-то, похожее на стыд. Постепенно, среди собравшихся в зале начались прокатываться смешки.
— В следующий раз я принесу тело гоблина, пусть все смотрят, какой я великий воин! — Пошутил один из молодых аристократов, и смех стал сильнее.
Но старые и опытные не смеялись. Процессию сопровождали не солдаты Кондоров, а королевские гвардейцы, во главе с церемониймейстером. Значит Король одобряет происходящее. Это уже причина не демонстрировать своё пренебрежение, а ведь кроме гвардейцев были еще и монахи! Значит и сам Верховный Инквизитор, полномочный посол Теократии — дал своё добро. Как Кондоры сумели заручиться такой поддержкой? Не сделали ли все собравшиеся ошибку, решив обождать, чем кончится поручение Короля, а не попытавшись сразу оказать поддержку опальному роду?
Раздался скрежет и хруст мрамора, что заставил заткнуться весь зал.
Боевые химеры вовсе не оставили груз во дворе, они потащили его дальше, прямо к трону. Мрамор шел трещинами от острых копыт тварей, а перетянутая цепями и замотанное в шелк нечто, грохнулось с телеги об пол, разбив плитку.
