— Сумм, — тяжело вздохнул Чарский, всплеснув руками. — Самый дешевый когда-то продавали за полмиллиона. Это было на аукционе во Франкфурте. А самый дорогой… Дайте-ка подумать. Лондон… Берлин… Амстердам… Ах, да! Антверпен. Триста восемьдесят два миллиона и Варианор ушел с молотка.
— Хотите сказать, что такую вещь можно продать только на аукционе? — спросил я.
— А как еще собрать состоятельных людей со всего мира? — ответил вопросом на вопрос Чарский. — Я, конечно, могу попробовать продать его у себя в магазине, но так мы не узнаем его истинную цену. Что если какой-нибудь пятипечатник с юга Португалии решит стать еще сильнее? А если у него появится конкурент из Бразилии? Они же постоянно будут гнать цену вверх. Вы же ничего не потеряете, попробовав выставить его аукционе. Если, конечно, не захотите оставить способность себе.
— Ничего, кроме времени, — задумчиво произнес я. — Хорошо. Как сможем узнать, насколько сильная внутри способность?
— Есть у меня пара связей на этот счет, — Чарский положил коробочку на стол. — Они вечно заняты и с улицы к ним не пробиться. А мою просьбу они точно выполнят. Это будет стоить вам семьдесят тысяч.
— Сколько? — мои глаза сами собой полезли на лоб.
— А как вы хотели? Я потрачу свое время. Придется потревожить свои связи, которые хоть и любят такие загадки, все равно сделают дешифровку только потому, что я их об этом попрошу. Можете попробовать справится с этой задачей самостоятельно, — добродушно улыбнулся Чарский.
— Умеете же вы вести бизнес, — покачал головой я.
— Если умеешь что-то, не делай этого бесплатно, — продолжал улыбаться Иммануил Елистратович.
— Хорошо, делайте свое дело. Предоплата нужна будет какая-то?
— Естественно, молодой человек. Стопроцентная.
Он хоть и драл с меня три шкуры, но выбора особого не оставлял. Где я буду искать по всему городу этих дешифровщиков? Сомневаюсь, что они стоят на каждом углу с плакатами и предложениями своих услуг.
Да, даже если найду, гарантий, что они потребует с меня меньшие деньги нет никаких. Тут у него все-таки у него знакомые люди. Придется подарить ему этот слиток золота, еще и двадцатку сверху накинуть. Вот тебе и сходил за трофеями.
Но, если там действительно нечто мощное, потом можно будет подумать и об аукционе. А там я точно выйду в плюс, учитывая их минимальную стоимость. Только вот когда это еще будет. Нужно ждать, а этого я особо никогда не любил.
— Так-с, артефакт, слиток, — подвел итог Чарский. — Это вы оставляете мне и ждете вердикт. Что-нибудь еще?
— Да, — ответил я. — Нужны банки на ману, такие же как я покупал. Штук пять. Парочку на здоровье. Есть же что-то заживляющее раны?
— Безусловно, — кивнул Чарский. — Но они недешевы, сразу вас предупреждаю.
— В этом я не сомневаюсь, — обреченно покачал головой я.
Вообще в мои планы не входило подставлять себя под какие-либо ранения, но все-таки я предпочитал перестраховаться. Мало ли какие противники меня ждут впереди. Если на проверке Киры был один из самых слабых, то дальше сложность должна явно нарастать.
— Что-нибудь еще? — задал новый вопрос Чарский. — Сила, ловкость? Может быть скорость?
— Нет, они у меня пока в достатке, — сказал я.
Конечно, все это и не помешало бы, но при моем ограниченном бюджете, я не мог себе позволить шиковать. Как-нибудь потом, когда разживусь побольше наличностью, укомплектую себя по полной программе.
— Эх, молодость, — крякнул Чарский. — Золотое время было. Тогда может быть мудрость? Повышает интеллект и расширяет сознание. Очень полезно в вашем возрасте. Только не примите это в обиду.
— Ну что вы, — усмехнулся я. — Как бы это странно не прозвучало, но и это у меня тоже есть.
— Защита? Ночное видение? — продолжал предлагать Чарский.
Защита у меня была своя и от практически любого удара бы меня спасла. Сразу бы разрушилась, но спасла. А вот ночное видение я решил пока не брать. Вот если будет задание, на котором оно понадобится тогда и можно его купить. А так — будет просто валяться без дела.
— Нет. Антидот вот если бы был, — сказал я.
— Обижаете. Конечно и это имеется, — с укором сказал мне Чарский.
— Тогда это все. Посчитайте меня пожалуйста, — попросил я.
— Ману как в прошлый раз? — спросил Иммануил Елистратович.
— Одну на час, а четыре другие как в прошлый, — немного подумав ответил я. — И дайте что-нибудь на скорость ее восстановления.
— Как скажете. Тогда одну минуту, я скоро вернусь.
Сказав это, Чарский удалился куда-то в подсобку, оставив меня в одиночестве, но вернулся очень быстро — и двух минут не прошло. Он нес в руках семь склянок с разноцветной жидкостью, а как подошел к прилавку, начал последовательно их выставлять.
— Так мана, — констатировал он. — Четыре на час, один на полчаса. Два на здоровье. И один антидот, — Чарский начал ритмично отстукивать по калькулятору, потом все сбросил и перепроверил себя еще раз. — Да, все сходится. С вас — сто тридцать семь тысяч.
Озвученная сумма словно ножом прошлась по сердцу. Я был морально готов к тратам, но все равно эти цифры приводили меня в ужас. Только получил деньги и уже с ними приходится расставаться.
