Павлушка не собирался так просто сдаваться. Он рухнул всем телом вниз и попытался обхватить мою голову ногами, навязывая борьбу в партере. Возможно, раньше я бы и позволил себе пойти на такой шаг. Но не сейчас. Когда мои мышцы в таком плачевном состоянии, лучше не рисковать, а держаться от более натренированного противника на расстоянии.
Я вырвался из захвата и вскочил на ноги, отходя назад и позволяя Павлушке встать. Его лицо раскраснелось одновременно от злости и от моего удушающего. Но он и не думал останавливаться. С остервенением бросился в очередную атаку.
Теперь я был готов к этому.
Уйдя от выкинутой вперед ноги, я прошел вниз и ударил кулаком ему под дых. Теперь пришла его очередь задыхаться. Месть свершилась, но мы не настолько злорадные чтобы радоваться этому.
Нужно было заканчивать этот цирк. Слишком долго я с ним вожусь.
Верно оценив, что с более тренированным соперником мне не справиться в честном поединке, я решил пойти на хитрость.
Пришлось потрудиться, чтобы уклониться от серии ударов, которые мне пытался нанести Павлушка. Он был чертовски быстр, а я не так проворен, как раньше. Хоть опыт и был, тело все равно слушалось плохо.
Я взял на заметку, что его нужно еще тренировать и тренировать, и выкинул вперед руку, когда после очередного удара Павлушка оказался в зоне досягаемости моей руки.
Тыльной стороной ладони я наотмашь ударил ему по кадыку. Павлушка оцепенел, прижав подбородок к ключице. Удар был не настолько сильный, чтобы что-то ему повредить, но определенный дискомфорт был доставлен.
Этого замешательства мне хватило, чтобы молниеносно ударить ему по переносице. Павлушка даже не понял, что с ним произошло. Он все еще пытался сделать вдох, а из его носа ручьем текла кровь.
Публика разразилась громким ликованием. Кто-то даже улюлюкал. Своеобразная у них тут аристократия, конечно.
Ошарашенный Павлушка начал приходить в себя, задумчиво дотрагиваясь до собственного носа и глядя на алые капли.
— Нелегко проигрывать, — спокойно сказал я ему. — Особенно в первый раз.
— Но как? — пробормотал мой бывший оппонент.
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — пожал плечом я.
По мере прихода осознания собственного проигрыша, Павлушка хмурился все больше и больше.
— Признаться, я совсем не был готов к такому исходу, — угрюмо проговорил он. — И тем не менее, вы оказались сильнее меня, виконт Калашников. Я признаю себя проигравшим. Можете выбрать компенсацию.
— Компенсация мне не нужна, — мотнул головой я. — Достаточно того, что наш конфликт исчерпан и к моей персоне вы больше не имеете претензий.
Павлушка внимательно посмотрел на меня. Он был обескуражен. Явно было видно, что такое поведение для него в новинку. Сам-то небось со своих поверженных противников три шкуры сдирал.
Но я не такой. Да и что с него взять? Честь свою он уже уронил. А все эти фамильные драгоценности или и того хуже — материальные выплаты, меня не интересовали. Сам заработаю. Более честным способом, так сказать. А брать деньги с юнца, в котором гормоны играют, мне было неинтересно.
Я получил главное из этой дуэли — новый опыт в этом мире.
Толпа, потеряв к нам всякий интерес стала потихоньку, расходиться. Элла все еще была в цепких лапках Фары. Она вырывалась, но тот крепко ее держал, не позволяя и двинуться с места.
— Вы поступаете благородно, виконт Калашников, — грустно кивнул Павлушка. — Для меня такое поведение необычно.
— Что? Другого от меня ожидали? — усмехнулся я.
— Если честно — да, — совсем сник Павлушка. Это был уже не тот рьяный боец, который стоял передо мной еще несколько минут назад. Обычный парень, хоть и с голубой кровью.
— Никогда не судите о человеке по слухам про него, — сказал я. — Забирайте свою сестру и уезжайте. Думаю, уж с ней то вы справитесь.
С этими словами, я развернулся и подошел к Соколову с Кирой.
— Вот он наш чемпион! — радостно заявил Аскольд Ростиславович, широко расставив руки, и за каким-то хером обнял меня. — Вы меня удивляете, молодой человек, — продолжил он, отпрянув. — После такого разгромного поражения, можно было стрясти с этого молодого барона не хилую компенсацию. Ваша честь же была задета.
— Материальная выгода мимолетна, — пожал плечами я. — А то, что я поступил благородно, молодой барон запомнит надолго.
— Весьма разумно, — удовлетворительно кивнул Соколов. — Тактически упускаете выгоду, но стратегически при этом сильно выигрываете. Вы не перестаете блистать талантами и меня удивлять.
— Я много чего понимаю, — усмехнулся я. — В том числе и то, что эта дуэль была неслучайной.
Сказав это, я пристально посмотрел на Соколова. Он лишь загадочно улыбнулся, понимая к чему я клоню.
— Скажем так, — решил приоткрыть завесу тайны Соколов. — Выбор места встречи был за мной. А этот ресторан имеет на самую лучшую репутацию.
— Здесь было проще всего найти того, кто имеет на меня зуб, — закончил за него я. — Что ж, надеюсь, вы удовлетворены.
— Более чем, более чем, — поспешно произнес Соколов. — С вами свяжутся, Филипп. Будьте на связи. А теперь прошу меня простить, мне пора откланяться.
