Аннотация:
ГЛАВА 1.
Б16. Земля. 1582г.
Крики, людские гневные крики, подгоняющие, страхом отзывающиеся в сознании двух маленьких детей.
Еще недавно они были счастливы. Юные дети графа, маленькие господа, но лица людей их отца всегда встречали их искренней, неподдельной радостью. Маленьких графьев в любом крестьянском доме всегда ждал теплый хлеб и парное молоко в угощение. Графа, щедрого и рачительного, любили, как и его красивых приветливых детей. Где же сейчас добрые улыбки на загорелых натруженных лицах? Еще недавно они желали детям хороших снов по вечерам, а сейчас эти же голоса изрыгали проклятия и желали только мучительной смерти. Вместо еды или простеньких поделок из дерева в подарок на именины - топоры и вилы. Простое оружие, что не смогло бы защитить городок от набегов врагов, с ним даже на охоту не сходишь, но вот для травли детей оно годилось вполне.
Темнота леса нисколько не помогала несчастным, скорее наоборот, мешала. Ветки хлестали по лицу, оставляя кровоточащие царапины. Мальчик крепко держал сестру за руку и старался не плакать, и без слез было тяжело разглядеть дорогу. А останавливаться было нельзя, иначе их тут же настигнут и зверски убьют, как недавно расправились с их матерью. Её останки, наверное, до сих пор догорали на костре. Детям совершенно не хотелось разделить ее участь, поэтому они, измотанные, уже на пределе своих сил, убегали подальше в лес, пытаясь там затеряться и уйти от преследователей.
Неожиданно девочка споткнулась.
- Виттор, я больше не могу, - заплакала она.
Мальчик помог ей подняться и молча потащил следом за собой, стараясь не слушать ее всхлипывания. Пока поднимал, машинально отметил, что на поясе сестры по-прежнему висел меч. Они успели, убегая, схватить с собой первое попавшееся оружие - два коротких клинка, они были старыми, и отец повесил их в коридоре родового замка. Виттор уже пару лет учился фехтованию, а вот его сестра ничего тяжелее ложки не держала, как и положено графской дочери.
Мечи не смогли бы их спасти от разъяренной толпы. И все же это была хоть какая-то защита от преследователей.
Мальчик бежал чуть впереди своей сестры и крепко держал ее за руку, не давая споткнуться и упасть. Он постоянно затравленно оглядывался назад. Ощущение безысходности крепко угнездилось в его душе, ребенок знал, что далеко они не убегут. Но любовь к своей сестре и страх за неё не позволяли ему остановиться и достойно принять смерть.
Внезапно Виттор резко остановился и дернул сестру за руку, чтобы та, заплаканная и ничего уже не видевшая, по инерции не побежала дальше. Перед ними чернотой провала зиял обрыв.
Шум толпы приближался. Все, бежать больше некуда. Почему-то это придало ему немного сил. Мальчик повернулся к обрыву спиной и, хищно оскалившись, обнажил клинок. Девочка испуганно забилась за спину брата, судорожно хватаясь за край его рубашки.
Вскоре из леса к ним выбежали преследователи. Сейчас они мало чем напоминали людей. Лица искажены в гримасе ярости и гнева, по лбу стекает пот от долгой погони. Их дыхание смешивалось с рычанием и жаждой крови.
Они ли желали когда-то спокойных снов? Пели протяжные старинные песни зимой, у камина в графском замке? Распевали веселые частушки на праздниках?
Девочка прижалась к брату и сказала дрогнувшим голосом:
- Виттор, мне страшно.
Мальчик глубоко вздохнул и, стараясь казаться спокойным и уверенным, ответил:
- Не бойся, Анни, я не дам им прикоснуться к тебе. Не позволю, - на последних словах его голос наполнился злобой.
Крестьяне остановились, и можно было заметить, что они боялись. Боялись двух маленьких детей. Потом кто-то из толпы крикнул чуть дрожащим голосом:
- Выкормыши Дьявола! Убить их!
Через миг люди поддержали его, и толпа взорвалась криками:
- Убить! Убить! Убить!
