— Худого, невысокого орка, государственного преступника, сбежавшего из тюрьмы. Других таких маленьких и худых орков я пока не встречал. Но на преступника ты не тянешь и из тюрьмы навряд ли смог бы сбежать. Тут наши чиновники что-то напутали, да и с описанием тоже не все в порядке. Написали так чтобы этого государственного преступника не нашли. Где это видно чтобы орк был маленьким? — Купец подстегнул свою лошадь и поехал впереди Фомы. Фома в раздумьях посмотрел ему вслед. Странный разговор состоялся. Что хотел ему сказать купец? А то что он хотел ему донести нечто важное, Фома понял. Может быть не один купец слышал информацию о государственном преступнике, может и другие тоже слышали. И если купец будет молчать, то другие могут его выдать страже. Может это он хотел донести до ушей Фомы? Купец был прямым человеком, говорившим просто и ясно, но тут он закрутил такие обороты, что стоило задуматься. Если предположить что кто-то хочет его сдать, то кто из каравана? И что с ним сделать? Убить? Надо на привале подслушать, что говорят в обозе. Они ехали до вечера и остановились на привал в придорожном постоялом дворе Фома незаметно в вечерней суете исчез и появился спустя время в зале, где вечеряли постояльцы. Был он под скрытом, поэтому двигался хоть и осторожно, но без опаски. За отдельным столом сидели двое. Сам купец и его приказчик. Сначала молча поглощали пищу, потом когда принесли вина, Приказчик огладив бороду и отведя глаза в сторону как бы невзначай спросил. — А что Играм тебе наш орк не кажется странным?
— Странным? — купец прищурился. — А почему ты спрашиваешь?
— Ну, по описанию он подходит… Приказчик замялся. — Худой маленький.
— Какой же он маленький? Он больше тебя, Прохор.
— Ну может быть он и больше меня, но по сравнению с другими орками он гораздо меньше их. Да и плата в пятьдесят золотых илиров весьма внушительная.
— Прохор. — налив себе вина и пригубив стакан, — рассудительно отозвался купец. Ты уже второй раз заводишь этот разговор. Тебе деньги в награду за поимку покоя не дают. Но я тебе так скажу. Если бы в описании было указано, что орк маленький по сравнению с другими орками, то он бы очень походил под это описание. Но там просто сказано орк маленький и худой. Этот же клыкастый широкоплечий и сильный. Нет он не подходит под описание преступника.
Но там сказано что он опасен и владеет магией.
Купец усмехнулся. — И что? Все орки опасны и многие владеют своей шаманской магией. Дикари одно слово. И потом ты думаешь, что сдашь его страже и получишь пятьдесят монет? Ты дожил Прохор до седой бороды, а ума не набрался.
— Почему это не набрался? — обиделся приказчик. — Вроде на слабоумие не жалуюсь.
— А потому, Прохор, что ты не понимаешь простой истины.
— Это какой такой простой истины?
— А такой. Начальник патруля заберет по твоему доносу этого орка и сам сдаст его властям. Он не захочет отдавать тебе такие деньжищи. А если выясниться что орк не тот, его отпустят. Тогда он вернется и считай твои дни подошли к концу. Орки не прощают предательства.
— Да это я понимаю, но и ты не глуп, и понимаешь, что другие тоже также думают как и я. Они могут донести на орка, тогда с тебя уже спросят почем ты не донес о нем первым? Укрывал преступника? Значит ты с ним в сговоре.
— Вот ты Прохор и проследи, что бы никто языком не трепал, а то без жалования оставлю. Подкинь им мысль, что они все равно не заработают, а неприятности наживут. Но когда придем в Грановерд, рассчитаемся с ним, можешь делать что хочешь. А пока свои догадки держи при себе. — Купец посуровел. — Ты понял меня, Прохор?
Приказчик поперхнулся вином. Закашлялся. Из глаз его полились слезы.
Откашлявшись, он тихо произнес. — Понял. А если жандармы спросят почему раньше не сообщил патрулям?
— Скажешь, знал, что патруль заберет награду себе. Они поймут, — Равнодушно отозвался купец. — Кроме того скажешь, что боялся его. Он ведь колдун. Мог порчу навести. — Приказчик вновь согласно закивал.
— Значит в Грановерде меня будут искать. — Размышлял Фома, — но до города он доберется без проблем. Купец это устроит. Телепортом воспользоваться не получится. Тогда нужно уходить на корабле. Лучше воспользоваться рыбачьим судном. Они и рыбаки, и контрабандисты в одном лице… Исчезнуть сейчас? — Тем самым подтвердить их догадки. "Сыскари" жандармов поймут, что он движется вглубь империи. Поиски станут более интенсивные. — Ладно, — решил Фома. — По ходу что-нибудь придумаю. Странно что они вообще его ищут. Не иначе бояться шпионов, что вызнают, о ходе подготовки к войне с Вангором. Не иначе. — Мысленно повторил он.
Но утром события повернулись по другому. Фома ночевать на постоялом дворе не остался. Он пошел на сеновал и залез на самый верх, закопался в сене. Его привычки вольного орка не давали ему насладится простынями и кроватями. Нюхать запах отхожего ведра, он не горел желанием. Гораздо ближе был ему запах сена и животных. Довольно закрыв глаза, он провалился в дремоту.
Разбудил его тихий разговор. Говорили двое и разговор вели о нем. Фома насторожился.
