— А что, такое? — подняла она на меня невинный взгляд, красивых зеленных глаз. — Ты исчез, рядом начиналась битва и я решила… решила тебе помочь.
— И как помогла? — с усмешкой спросил я.
— Помогла. — Ганга упрямо сжала губы и уставилась мне в переносицу.
— Не понимаешь значит, — покачал я головой. Спорить с невестой я не собирался. На мое слово она найдет десять и тратить время на убеждение строптивицы, я не собирался. Не понимает по хорошему, научим по другому.
— Грыз. — Обратился я к предводителю воинства Худжгарха. Он стал теперь вторым лицом в степи после Великого хана. Вокруг него объединились почти десять племен. А это огромная сила в степи. Великим ханом будет тот кого поддержит Грыз, имеющий непререкаемый авторитет. Вторым после него как-то само собой разумеющиеся стал Мызыр — верховный пророк Худжгарха.
— Грыз, — повторил я когда орк на меня внимательно посмотрел и отложил чашу с гайратом. — Отвезешь девушку к ее деду и скажешь, что она недостойна быть женой человека.
Грыз молча кивнул, а я стал подниматься. Но не успел. Ганга стрелой метнулась ко мне и ухватила за рукав. — Не надо… Не надо к деду. Я… Я буду послушной. Обещаю! — Теперь в ее голосе послышались еле сдерживаемые слезы. Сел и внимательно поглядел в ее мокрые глаза. Хотелось понять, что творится у этой диковатой красавицы в голове. То что она может пустит слезу и попытаться как всякая женщина надавить на жалость к ней, это мне было понятно. Такова женская природа, попытается вить веревки из мужчины. Непонятно было насколько серьезно она отнеслась к тому что я ее изгонял.
— Послушай меня. — Начал я. Поверить на слово орчанке я не собирался. — У нас в горах был такой случай. Ты знаешь, что женщины у нехейцев имеют равные права с мужчинами. Но не надо путать право мужа и жены. Так вот. Однажды кошка нагадила на полу в доме и муж вернувшись с охоты увидел это. Он предупредил кошку, чтобы она так не делала и сказал, что это первое и последнее предупреждение. Жена лишь посмеялась. Вечером кошка нагадила на том же месте и мужчина отрубил ей голову мечом…
Я помолчал, давая Ганге время проникнутся моими словами.
…Через седмицу их навестила мать жены, жившая в другом поселке и увидела какая в доме чистота и ее дочь сам послушание. Вьется вокруг мужа, угождает ему. Утром когда муж ушел по делам, она спросила дочь. — Что это она так вокруг муженька вьется? И знаешь что сказала ей женщина? — обратился я к Ганге. Краем глаза заметил как Грыз внимательно слушает мой рассказ.
Ганга отрицательно покачала головой. — Не знаю.
— Она ответила, — что муж сделал предупреждение кошке, за то что она нагадила на пол и после того как кошка нагадила второй раз, убил кошку. Потом также убил собаку, которая задавила утку.
— И что? — не понимающе спросила мать женщины.
— А то, мама — шепотом ответила та, — что у меня уже есть одно предупреждение.
Ганга вытаращила на меня свои глазищи, а Грыз стараясь сдержать смех, откашливался в кулак.
— Так вот, женщина, — сурово заявил я. — Если ты остаешься рядом со мной, считай что у тебя есть первое предупреждение.
Грыз уже не в силах сдержаться от смеха, отвернулся, а Ганга посерела. Она вдруг поняла, что я не шучу. Она бледно улыбнулась и опустив глаза, пролепетала, — я поняла, дорогой.
— Вот и хорошо. Теперь скажи мне где Гради-ил?
— Не знаю, — еще тише прошептала Ганга. Он утром… Перед тем как я попала к противникам Грыза, он исчез и больше не появлялся…
— Не появлялся… повторил я. — Разве ты не знаешь, что мне нужны три снежных эльфара, для путешествия в Снежное княжество. Два ушло в империю, третий неизвестно где. — Я не весело усмехнулся и посмотрев на невесту, прячущую глаза, проговорил. — У всех проблем одно начало. Сидела женщина скучала. Надо тебя делом занять.
— Грыз, повернулся я к орку, — дай команду, чтобы начали поиски нашего снежного друга.
— А ты, Ганга, сиди в ставке Грыза и следуй вместе с ним туда, куда он направится. Помогай его жене готовить, убирать в его шатре и старайся быть примерной суахи. Я неожиданно вспомнил как в давние времена завали орки примерных невест. Но те времена канули в лето и орчанка могла взять палку и огреть ею незадачливого мужа. Мда. Падение нравов коснулось и степного народа.
— А ты? — Вырвалось у девушки и она прикусила губу.
— А я пойду искать наших пропавших эльфаров.
Гради-ил покинул пещеру и растворился в сумраке наступающего утра. Ночь еще властвовала в степи, но опытному разведчику было понятно, что уже небезраздельно. Ночные хищники прятались по оврагам и кустам, залезали в норы, все реже слышались пронзительные крики степной гиены, а робкие просветы на востоке делая звезды тусклыми, уже отвоевывали у тьмы кусочки пространства, возвещая о приходе нового владыки — Светила.
