— Потом милорд найдет Вам, тан Жуль, достойную невесту магичку, — продолжила Лия. Там в академии этого добра хватает. Правда милорд? — Лия что называется, ковала на лету. — Выделит деревеньку и вы счастливо заживете. Она сложила руки на груди и умильно посмотрела на Жуля. Тот беспомощно обернулся ко мне. Я вяло кивнул, — Правда, Лия, если тан Жуль этого захочет.
— Конечно захочет, — уверенно произнесла дворфа. — Кто же откажется от красавицы жены магички и такого приданного? За нашим милордом не пропадешь, тан Жуль. Вы мне поверьте. Вот кем я раньше была? — Лия расчувствовавшись, приступила к воспоминаниям. — Грязной рабой у подземных сморчков. А он меня выиграл в споре со старейшиным племени и вот сделал управляющей всего его достояния. А оно у него растет, как тесто на дрожжах… Спойте нам еще, тан Жуль.
Жуль запел, а я заметив напряженный взгляд Рабе, сделав ей знак глазами, тихо вышел.
Схватил ее за руку и телепортировался в подвал. Там никто нас не мог увидеть или подслушать
— Служанка пропала, твоя работа? — сразу спросил я.
— Моя, хозяин, но у меня не было другого выхода.
— Поясни.
— Значит так… — Начала с небольшой заминкой Рабе свой рассказ. — …Как только вы уехали, я стала каждую ночь искать Чапая…
Я поморщился как от зубной боли. Вот на кой ляд сдался ей выдуманный дух. — Тебе что скучно что ли? — спросил я хмуро.
— Вы не поверите, хозяин, но я его нашла.
— Где? — недоверчиво спросил я. — В служанке?
— Нет… Рабе выпучила глаза и словно театральная артистка сделав хорошо выверенную паузу, выдала. — …В Лианоре!
— Тьфу! — сплюнул я. Час от часу не легче. То она ищет его в штанах Бурвидуса, то вот в его невесте. Но решил узнать все подробнее. — Выкладывай.
— Я ночью тайно бродила по замку, хозяин, и тут вижу по коридору идет в одной ночной рубашке Лианора. Глаза закрытые, в руках взведенный самострел и вокруг тишина…
— Ага. — Не выдержал я. — И вдоль дороги мертвые с косами стоят.
— Мертвые? — Нет, мертвых не было. Я ее окликнула… А она повернулась ко мне, я даже от страха замерла. Внутри у меня вот тут, — Рабе провела рукой по пышной груди, все похолодело. И вдруг дворфа не открывая глаз, выстрелила в меня из арбалета. Это было так страшно, хозяин. Я еле увернулась.
— Хм… Ты была в обличии демоницы?
— Ну да.
— А что ты хотела от дворфы? Что бы она с тобой сплясала? Или пошла жрать души своих служанок?
— Она не видела меня, хозяин, я же говорю, глаза у нее все время были закрыты.
— Если глаза у нее были закрыты, Рабе, то как она могла навести арбалет и выстрелить? Что-то не вяжется.
— Вяжется, хозяин. Она была одержима. И ею управляли. Меня не обманешь. В ней Чапай сидел. Ему глаза дворфы не нужны. Даже через ее закрытые веки я видела его тяжелый взгляд. Дальше я Лианору оглушила и отнесла в ее комнату. Положила на постель. А на утро она ничего не помнила.
— Может сильно ударила? Тут помню, а тут не помню…
— Слушайте дальше, хозяин, — необескураженно продолжила Рабе.
— Так вот! На следующую ночь я решила за ней проследить. Ровно в полночь, когда все уже уснули глубоким сном и по замку шныряли одни крысы… Она вышла, снова спящая, в ночной рубашке и с арбалетом. Вот так. — И Рабе показала как с закрытыми глазами шла дворфа. Она очень похоже ее изобразила. — Прошла в господский коридор и остановилась у дверей…
Я не стал ее перебивать и решил молча дождаться, и узнать у каких дверей она остановилась.
… У дверей Чернушки, хозяин. — Рабе замолчала. Смотря на меня и стараясь понять какую реакцию во мне вызвали ее слова. Но я молчал.
— Лия… — Продолжила Рабе, — достала из — за пазухи масленку, смазала петли на двери и подняла с пола арбалет. Хозяин, я уверена, она пришла убивать Чернушку. И ею управляли. Точно вам говорю.
— И что ты сделала?
Я ее снова оглушила и понесла в ее комнату, а по дороге встретила эту дуру Мату… пришлось ее пристрелить и сбросить в вентиляционную шахту. Иначе бы она всем рассказала, что видела. Пошли бы разговоры… Вот. Не верите? — она посмотрела мне в глаза. — Останьтесь сегодня ночью и сами все увидите.
Я задумался. — Врать Рабе смысла не было… Если только она в своем демоническом обличии не испытала сильнейший голод. И сорвавшись, сожрала душу несчастной девушки.
— Ладно, Рабе… посмотрим. Ты ее душу сожрала?
— Да, хозяин, я не смогла сдержаться. Но если надо я ее верну.
Верни, девушкане виновата… Но если ты врешь… Ох, я не знаю, что с тобой сделаю.
— Курамой клянусь, хозяин! Чтоб мне век не вернуться в преисподню! Чтоб я питалась всю жизнь лишь душами крыс…
— Даже так?.. Я тебя услышал. Пошли.
Мы вновь вернулись на верхний этаж замка. Я спустился во двор, где руководила разгрузкой продовольствия Лианора и стал осторожно приглядываться к дворфе. Выглядела она несколько помято, не было обычного румянца на щеках, но в остальном это была прежняя Лия, деятельная, простая и хозяйственная.
— Что произошло с твоей служанкой? — как бы невзначай спросил я.
— Не знаю, хозяин. Иногда она убегала к своему жениху в деревню, но всегда вовремя возвращалась. Я послала туда гонца за ней.
