Я радостно бросил упаковку с видеокартой обратно в коробку. Хоть какие-то перемены. В моей ситуации уже любые перемены - это к лучшему.
- В тире стрелял из «воздушки»… в детстве.
- Значит с «воздушки» и начнём.
- Так мне Михалыч уже автомат выдал, если ты помнишь?
Она улыбнулась и ничего мне не ответила. Было и так понятно: где я, а где автомат.
- Пойдём, снайпер, посмотрим, что ты умеешь.
И снова эти бесконечные коридоры и переходы. Как они тут находят дорогу в этом лабиринте Минотавра? Как я понял мы обошли весь объект по кругу и возле запасного выхода зашли в небольшую комнату. В этой кондейке сидела милая миниатюрная девушка в камуфляжной куртке, накинутой на плечи на джинсовый комбинезон, подчеркивающий довольно шикарную для ее роста грудь, и занималась, по моему мнению, совершенно несоответствующим ее виду занятием - ковырялась отверткой в огромном, чуть ли не с неё размером пулемете.
- Галюнь, пусти нас в тир пострелять. Отец приказал обучить… - она кивнула на меня.
Девушка подняла измазанное оружейным маслом лицо от ремонтируемого оружия и скептически осмотрела меня с ног до головы, будто бы решая, из чего данная особь будет учиться стрелять.
- Что выдать?
- Давай пока «воздушку».
Она хмыкнула, решив, что это тоже, пожалуй, для меня многовато, и больше рогатки я не заслуживаю, но повернулась к шкафам за своей спиной. Вынула замысловатую винтовку и жестяную коробку с пульками. Винтовка была на удивление тяжелой, с деревянным прикладом и какой-то сложной рычажной системой взвода, которую я ни разу не видел.
- Справа на малой дистанции мишени висят. - Сказала она, указывая на неприметную дверь за своей спиной.
- Спасибо, Галюнь.
Катя подтолкнула меня оторопевшего вперед, прихватив со стойки коробочку с пульками.
- Давай, иди, чего застыл? Думал, тебе моя подруга сейчас «Печенег» выдаст?
Что такое «Печенег» я не знал, но предполагал, что это тот монстр на сошках, в котором ковырялась девушка-оружейник.
За дверью оказался зал-близнец с такими же огромными гермоворотами в дальней стене. Точно такой же, где я увлеченно занимался перебором коробок. Только в отличие от коробок в том, этот был заставлен ящиками и деревянными фальш-стенами, среди которых были развешаны множество мишеней.
Я посмотрел на всё это великолепие для тренировки спецназа и представил, как я сейчас буду бегать среди этих препятствий и метко стрелять по всему, что увижу. Но меня очень быстро приземлили с небес на землю, отведя в скромный уголок, где на стене висела одинокая мишень размером не более десяти сантиметров.
Катя указала на рубеж в виде толстого мата на полу.
- Ну, показывай, чего умеешь.
Правда, показывать пришлось сначала ей. Я долго вертел винтовку в руках, но так и не понял, как выдвинуть рычаг для взвода.
Тяжело вздохнув, Катя отобрала у меня оружие и как неразумному малолетнему детсадовцу объяснила, что откуда надо достать, дернуть и вставить, и провернуть, чтобы винтовка после этого могла стрельнуть.
«Ну не знаю я эту «мудификацию»! Что я теперь виноват во всем? А она, например, не знает, как настроить БИОС, а я знаю… и ещё много чего, такого всякого. Я ж теперь не хожу орлом! Последний мой опыт стрельбы был в тире… в парке, по смешным фигуркам ковбоев. Это там, где винтовка переламывается пополам. Естественно я и эту попытался… чуть ли не об колено. Чего теперь так орать на меня?»
Разобравшись с оружием, я начал увлеченно палить в мишень, прикреплённую на щите в пятнадцати метрах от рубежа. И тут, надо сказать, не подкачал. Сказались увлечение детства - часы, проведенные в парковом тире. Через час бумажка превратилась в сплошную дырку. Катя посмотрела на результат и скептически поцокав языком, произнесла: - Ну, не плохо. Не снайпер, конечно, но очень неплохо. Стрелял раньше?
- В детстве баловался.
- Вот видишь, пригодилось. Верю, теперь, что и с автоматом справишься.
- Справлюсь. - Нисколько не сомневаясь, уверенно произнес я. - Мне бы арбалет как у тебя… Научиться. А то на меня смотрят как на… - тут я задумался, правильней всего было бы сказать на объект опасности, но таких объектов в этом мире и без меня до фига. - Недоверчиво, в общем, смотрят.
- Арбалет… - с протягом на букву «Е» произнесла Катя. - Эко ты запросил. Даже и не знаю, справишься ли. Арбалет - это такая штука, которая требует точности действий. С ним нельзя ошибаться, иначе или себя травмируешь, или он не выстрелит, когда надо будет. Да и ухаживать за ним тяжело. Он не прощает ошибок.
- Любое оружие не прощает ошибок.
- Это точно, но арбалет в особенности. - Она посмотрела на меня с уважением, последняя моя фраза ей очень понравилась. - Ну, ладно, давай попробуем.
Она забрала у меня винтовку и скрылась за дверью, где царствовала Галюня. Какое дурацкое имя. Но ей я это не скажу. Девочка серьёзная, она и меня на запчасти разберёт, как тот пулемёт и даже не поморщится. Через пять минут, Катя принесла арбалет. Не такой как у нее, с роликами на концах пружины - блочный, а попроще. Я такие видел в фильмах про рыцарей.