Не жизнь твоя, мне только выстрел нужен…Ты духом тверд. На все готов дерзать!Отлично ты владеешь самострелом.За руль берешься, не страшась грозы.Спасай теперь себя… спаситель всех!Телль стоит, и по всему видно, что он испытывает страшную внутреннюю борьбу. Руки его дрожат, блуждающий взор то обращен на ландфохта, то устремлен к небу. Вдруг он хватает свой колчан, выдергивает оттуда еще одну стрелу и прячет ее за пазуху.
Геслер следит за всеми его движениями.
Вальтер Телль
(под липой)
Стреляй, отец! Я не боюсь!Телль
Что ж, надо!(Овладевает собой и начинает целиться.)
Руденц
(все время стоявший в напряженном ожидании и с трудом сдерживавший себя, выступает вперед)
Довольно, фохт! Прошу вас,
прекратите…Все это было только испытаньем…Вы своего добились… Но суровостьИзлишняя вредит разумной цели:Натянутый сверх меры — треснет лук.Геслер
Молчите, вы!Руденц
Нет!
Будуговорить!Честь Габсбургов священна для меня.Но ненависть легко снискать насильем,А этого не хочет император…Жестокости такой не заслужилНарод мой, нет у вас на это права.Геслер
Как вы посмели!Руденц
Долго я молчал,Бесчинства над народом наблюдая;Я закрывал на все свои глазаИ заглушал в своей груди страданья,Скорбь гневом переполненного сердца.Но долее молчать изменой будетИ Габсбургам, и родине моей.Берта
(бросаясь между ландфохтом и Руденцем)
Он только пуще разъярится, Руденц!Руденц
Я свой народ покинул, от родныхОтрекся. И естественные узыПорвал затем, чтоб только к вам примкнуть…Я думал благу общему помочь,Монарха власть в моей стране усилив.Теперь повязка с глаз моих упала.И в ужасе над бездной я стою.Я верил вам — и был обманут вами.Вы сердце честное ввели в соблазн…И я губил народ, — с благою целью.Геслер
И ты дерзишь так нагло господину?Руденц
Мой господин не вы, а император…Свободен я, и рыцарская доблестьМоя нисколько вашей не уступит.Во имя императора вы здесь,И хоть позорите вы это имя,Я чту его, иначе бы я бросилПерчатку вам, потребовав к ответу.Что ж, дайте знак своей охране… яНе безоружен, как они…(Указывая на народ.)
Со мнойМой добрый меч, пусть…Штауффахер
(кричит)
Яблоко пробито!Пока всеобщее внимание было привлечено к ландфохту и Руденцу, между которыми стояла Берта, Телль пустил стрелу.
Рёссельман
А мальчик жив!Голоса
Телль в яблоко попал!Вальтер Фюрст, слабея, готов упасть, но Берта его поддерживает.
Геслер
(пораженный)
Как, он стрелял? Неужто? Вот безумец!Берта
Ребенок жив!(Вальтеру Фюрсту.)
Опомнитесь, отец!Вальтер Телль
(подбегая с яблоком)
Вот яблоко, отец… Ведь я сказал:Ты сына своего не можешь ранить!Телль стоит, подавшись вперед, как бы устремившись за полетом стрелы. Самострел выпадает у него из рук. Увидя подбегающего к нему сына, он бросается к нему с распростертыми объятиями и с жаром прижимает его к сердцу; ноги у него подкашиваются, и он падает без сил. Все растроганы.
Берта
Благие небеса!Вальтер Фюрст
(зятю и внуку)
О дети! дети!Штауффахер
Хвала тебе, господь! 
