Вильгельм Завоеватель полностью

Открывая книгу, посвященную далекому прошлому, мы первым делом стараемся припомнить, что нам известно о соответствующем историческом периоде и его героях. В случае Вильгельма Завоевателя запас знаний у большинства читателей будет прискорбно мал: нормандский герцог, завоевавший Англию и всячески обижавший ее жителей. Самые образованные припомнят, что он был потомком скандинавских разбойников-викингов и вел себя соответственно: обожал помахать мечом в схватке, ел и пил за троих, спать предпочитал в палатке, а то и на голой земле. И конечно же не умел ни читать, ни писать. Дикарь, одним словом. И тем не менее этого варвара многие историки считают основателем не только Английского королевства (ведь в жилах британских монархов до сих пор течет его кровь), но и всей европейской цивилизации.

Причины этого подробно излагаются в первой полноценной биографии Вильгельма, выходящей в России (изданная в 2005 году книга Д. Дугласа «Вильгельм Завоеватель: викинг на английском престоле» чересчур кратка и поверхностна). Особенно приятно, что автор ее — известный французский историк Поль Зюмтор (1915—1995), автор двух десятков книг о западноевропейском Средневековье. С характерной для медиевистов его поколения дотошностью он открывает свое исследование обстоятельным анализом жизни Европы XI века — времени, когда прекращение опустошительных нашествий скандинавов, венгров и арабов привело к экономическому подъему, росту населения и становлению классического феодализма с его атрибутами — рыцарями, замками, монашескими орденами и вассальной системой. Большую роль в этом процессе сыграли нормандцы — офранцуженные потомки викингов, быстрее своих соседей усвоившие феодальные обычаи и на острие меча разнесшие их по Европе.

Одним из самых известных эпизодов нормандской экспансии стало покорение Англии, предпринятое в 1066 году нормандским герцогом Вильгельмом (Гильомом) Незаконнорожденным, получившим после этого более благозвучное прозвище «Завоеватель». Англосаксонская знать, ослабленная междоусобными раздорами и борьбой со скандинавскими захватчиками, не смогла эффективно сопротивляться нормандцам, принесшим на остров новые, исторически прогрессивные для того времени феодальные порядки. Достаточно сказать, что именно с приходом Вильгельма в Англии появились каменные крепости (первым стал знаменитый лондонский Тауэр, возведенный в 1078 году), возникла централизованная система управления, была проведена первая земельная перепись, результатом которой стала знаменитая «Книга Страшного суда». Решающую роль во всех этих преобразованиях сыграл сам Вильгельм, заодно позаботившийся об основании как в Нормандии, так и в Англии множества монастырей — очагов культуры и просвещения. Этот неграмотный рубака говаривал, что перо острее меча, и даже если авторство этой фразы принадлежит другому, Завоеватель следовал ей в своих начинаниях.

Впрочем, монахи в первую очередь интересовали Вильгельма не как просветители его подданных, а как хронисты и публицисты — проводники весьма успешно осуществляемых им пропагандистских кампаний. Даже насильственное покорение Англии он сумел представить как исполнение воли последнего короля англосаксонской династии Эдуарда, будто бы завещавшего нормандцу свой трон. Сменивший Эдуарда Гарольд был объявлен узурпатором и клятвопреступником — задолго до этого Вильгельм захватил его в плен и вынудил (опять же будто бы) отречься от притязаний на трон. Гарольд сам был мастером политических интриг, но куда ему было до Завоевателя, в арсенал методов которого входили тайная дипломатия, лесть, подкуп и шантаж! Достаточно откровенно повествуя обо всем этом, П. Зюмтор акцентирует внимание на прогрессивности политики Вильгельма и ее положительных результатах для Франции и Англии. Что ж, результаты и правда имели место, и обе страны по праву могли бы числить Вильгельма в ряду своих национальных героев.