— Если у меня родится дочь, можно я назову её Вилора? — вдруг спросила она.
— Конечно, а почему ты решила спросить? — Бёрн лишь на мгновение замялся, прежде, чем ответить.
— Странник сказал, что у меня будут дочери, — чуть помолчав, ответила она.
— Ну вoт, — как-то преувеличенно бодро сказал Бёрн, — видишь, у тебя всё еще будет хорошо.
— Бёрн, ты не понял, — Таисия замялась, — в общем, не знаю, как тебе сказать, но у нас, — она опять замолчала, — ну если честно, то я точно знаю, чтo беременна.
Мужчина вытаращил на неё глаза.
— Таисия, такого не может быть, когда я стал низшим, я, … ну, если коротко, у меня не может быть детей, прости, но ты что-то напутала.
— Бёрн, я не напутала, я не знаю, что это за место, но я точно ношу частичку тебя в себе, нравиться тебе это или нет.
— Не может быть, — снова прошептал мужчина, — такого просто не может быть.
— Я не буду тебе ничего доказывать, — у неё от обиды задрожала губа, — я ни к чему тебя не обязываю и не держу. Я вообще не хотела тебе говорить, но пoдумала, что ты, наверное, имеешь право знать, — она отвернулась от него и быстро пoшла к выходу из пещеры, потом не выдержала и побежала.
— Таисия, стой, — Бёрн бросился следом. Он поймал её в темноте, чуть не сбив с ног и не упав вместе с нею. — Ну, ты что? — прошептал он в темноте, удерживая брыкающуюся женщину. — Тая, да подожди ты, — но она не собиралась сдаваться, обиженная его недоверием.
— Отпусти меня! Да как ты так можешь? — горячилась она, вырываясь из его рук. — Я тебе ңикогда не врала, а ты! — ощутимо пихнула его в грудь. — Как ты мог подумать, что я обманываю? Уходи! — крикнула она, стараясь ещё и пнуть его посильней. Но Бёрн стойко держался, не реагируя на её тычқи. Наконец, она выдохлась и затихла в его руках, лишь изредка вздрагивая всем телом, и тoлько тогда заметила, что всё это время Бёрн, поглаживал её по спине и ласково называл своей птичкой. «Хорошо не курицей», — мелькнуло у неё в голове, и она развеселилась, но показывать обидчику это не собиралась.
— Таисия, прости, но для меня это такая нереальная новость, что у меня не хватило даже духу предположить, что это может быть правда. Я признаю, любимая, что был не прав, но я всё равно до сих пор боюсь в это поверить, — он целовал её заплаканные щёки и всё шептал, как он перед ней виноват. Потом поднял на руки и понёс обратно к озеру.
Прошло еще десять дней, он запретил Таисии выходить, а сам уходил и вскоре возвращался или с рыбой, или с тушкой какого-нибудь некрупного зверька или птицы. Часто приносил ей ягоды, особенно после того, как узнал новость.
Она сидела на круглом камне, что прикатил откуда-то Бёрн, и ждала его, ушедшего еще утром. Положила руки на свой еще плоский живот и радостно вздохнула, как хорошо. В душе снова зашевелилась крохотная надежда, что он останется. Однако, Бёрн вернулся раньше, чем обычно и был чернее тучи.
— Таисия, — начал оң чужим официальным голосом, и она поняла, что что-то случилось, хорошее настроение мгновенно улетучилось, — тебе надо срочно уходить.
— Как уходить, — пролепетала она, — а ты? — её серые глаза наполнялись слезами, хотя она держалась.
— Тай, — он подошёл к ней и обнял, — мы же обо всём договорились. Но послушай, родная, не плачь, — он стёр пальцем слезинку, что без спроса выкатилась и побежала по щеке, — я постараюсь к тебе вернуться.
— Когда? — огромные серые глаза заглядывали ему в самую душу. — Когда ты вернёшься?
— Давай договоримся. Ровно через два года, я буду ждать тебя здесь. Если меня не будет, не жди и сразу уходи. Значит всё очень плохо. Меня или поймали, или уже нет в живых. Ну что ты опять плачешь? В самом деле, Тай, ты же знала с самого начала, что за мной охотятся. Но я постараюсь, слышишь, постараюсь выжить, ради тебя и ребёнка, что ты носишь. Не плачь, любимая, не надо.
Таисия задавила в себе очередную истерику. Ужас, какая она стала плаксивая, в жизни такая не была. Она закусила верхнюю губу, и собрала все силы в кулак.
— Скажешь, что случилось?
— Они искали меня в поселении. Хорошо я туда не ходил, как чувствовал. Я их сегодня видел, они рыскали у подножия горы, что-то вынюхивали. Скоро придут сюда. Так что времени в обрез, — он прижал её к себе еще крепче, словно боялся расстаться. — Эти про тебя не знают. Они ищут того первого, тебя видел только он. Никому не говори, где была эти дни и что знаешь меня. Скажешь, потерялась, отстала от туристической группы. Здесь такие часто ходят.
— Ты точно вернёшься? — это сейчас всё, что интересовало её.
— Я же сказал, что постараюсь. Всё, Таисия, собираем вещи и уходим, — он, словно снова возвёл между ними стену, отошёл и стал быстро убирать все следы их присутствия в пещере, она вздохнула и присоединилась к нему.
Через полчаса он быстрым шагом вёл её через лес к подножию горы, к поселению геологов. Когда посёлок стало видно сквозь листву, он резко развернул её к себе и крепко прижал.
