Въ «Circulo Caballista» онъ избѣгалъ общества молодыхъ людей, лишь вспоминавшихъ о прошлыхъ его безумствахъ, чтобы восхищаться ими, предлагая ему новые, еще болѣе скандальные подвиги. Онъ искалъ разговора съ «серьезными отцами», богатыми земельными собственниками и владѣльцами большхъ виноградниковъ, начавшихъ слушать его съ нѣкоторымъ вниманіемъ, признавая, что у этого кутилы свѣтлая голова.
Дюпонъ дѣлался надменнымъ, говоря краснорѣчиво и пылко о мѣстныхъ рабочихъ. Онъ повторялъ слышанное имъ отъ двоюроднаго брата и отъ монаховъ рахличныхъ орденовъ, посѣщавшихъ домъ Дюпона. Но онъ заходилъ дальше ихъ въ рѣшеиіи вопросовъ съ своимъ авторитетнымъ и звѣрскимъ жаромъ, очень нравившимся его слушателямъ, людямъ столь же грубымъ, какъ и богатымъ, находившимъ удовольствіе поражажь быковъ и укрощать дикихъ жеребцовъ.
Для Луиса рѣшеніе рабочаго вопроса казалось до нельзя простымъ. Немножечко состраданія и затѣмъ религіи, побольше религіи, и палка тому, кто отказываетчя повиноваться. Этимъ кладется предѣлъ такъ называемому «соціальному конфликту», и все пойдетъ гладко, какъ по маслу. Могутъ ли жаловаться поденщики тамъ, гдѣ есть такіе люди, какъ его двоюродный братъ и многіе изъ присутствующихъ (здѣсь аудиторія дѣлаетъ жесты одобренія и на лицахъ появляются благодарныя улыбки), сострадательные до излишества, и не могущіе видѣть несчастія, чтобъ тотчасъ же не взяться за кошелекъ и, дать дуросъ и даже до двухъ дуросовъ?
На это мятежники отвѣчаютъ, что состраданія не достаточно, и что, вопреки ему, множество людей живетъ въ нуждѣ. Но что же могутъ сдѣлать хозяева, чтобы поправить непоправимое?
Всегда будуъ существовать на свѣтѣ богатые и бѣдные, голодные и сытые, и только безумцы или преступники могутъ мечтать о равенствѣ.
Равенство!.. Дюпонъ прибѣгалъ къ ироніи, приводившей въ восторгъ его аудиторію. Всѣ шутки, внушенныя самымъ благороднымъ изъ человѣческихъ стремленій его двоюродному брату Пабло и его свитѣ изъ церковниковъ, Луисъ повторялъ съ полнѣйшмъ убѣжденіемъ, словно это былъ выводъ изъ всемірныхъ думъ. Что такое равенство?… Всякій, кому вздумается, можетъ овладѣтъ eго домомъ, если онъ ему нравится; зато и онъ, въ свою очередъ, похититъ сюртукъ у своего сосѣда, потому что онъ ему нуженъ; а тотъ наложить лапу свою на чужую жену, разъ она ему пришлась по вкусу. Безбрежное море, кабальеросы!.. He заслуживаютъ ли разстрѣла или рубашки для сумасшедшихъ те, которые говорятъ о равенствѣ?
И съ смѣхомъ оратора сливались раскаты хохота всѣхъ членовъ собранія. Соціализмъ раздавленъ! Какимъ остроуміемъ и ораторскимъ талантомъ владѣетъ этотъ молодой чеяовѣкъ!..
Многіе изъ старыхъ сеньоровъ кивали головой съ покровительственнымъ видомъ, признавая, что Луиса недостаеть въ иномъ мѣстѣ, и, жалко, что его слова теряются въ этой атмосферѣ, пропитанной табачнымъ дымомъ. Пря первомъ же случаѣ надо будетъ исполнить его желаніе съ тѣмъ, чтобы вся компанія слушала бы съ парламентской трибуны эту столь остроумную и справедливую критяку.
Дюпонъ, одушевленный всеобщимъ одобреніемъ, продолжалъ говорить, но теперь уже серьезнымъ тономъ. To, въ чемъ нуждается чернь, еще прежде заработной платы, это — утѣшеніе религіи. Безъ религіи народъ живетъ жестоко страдая, подвергаясь всевозможнымъ несчастіямъ, какъ въ настоящемъ случаѣ, работники Хереса. Они ни во что не вѣрятъ, не ходятъ къ обѣднѣ, пришлась по вкусу. Безбрежное море, кабальеросы!.. смѣются надъ священнослужителями и только и думаютъ, что о соціальной революціи съ убійствами и разстрѣлами буржуевъ и іезуитовъ. У нихъ нѣтъ надежды на загробную жизнь, — утѣшеніе и награда за всѣ земныя горести, которыя незначтельны, такъ какъ онѣ продолжаются лишь нѣсколько десятковъ лѣтъ; и, какъ логическій выводъ изъ столь великаго безвѣрія, бѣдность ихъ кажется имъ болѣе тяжелой, съ новыми мрачными оттѣнками.
Эта толпа, вѣчно недовольная и не имѣющая Бога, заслуживаетъ кару — свою участь! Пусть они не жалуются на хозяевъ, потому что хозяева стараются повернуть ихъ на добрый путь! Пусть они требують отвѣта отъ истинныхъ виновниковъ ихъ несчастія, отъ Сальватьерры, и другихъ подобныхъ ему, отнявшихъ у нихъ вѣру!
— Къ тому же, сеньоры, — ораторствовалъ сеньорито съ парламентскимъ паѳосомъ, — какой получился бы результатъ отъ увеличенія заработной платы? Только лишь поддержка порока и ничего больше. Эти люди не дѣлаютъ сбереженій, они ничего не копять. Пусть мнѣ укажутъ хотъ одного поденщика, который сдѣлалъ бы сбереженія.
Слушатели молчали, кивая головой въ знакъ согласія. Никто не предьявлялъ поденщика, требуемаго Дюпономъ, и онъ улыбался, торжестуя, и тщетно ожидая изумительное существо, которому бы удалось скопить маленькое состояніе на заработокъ въ нѣсколько реаловъ.
