Белый конь вихрем ворвался на поляну. Вальнур лихо выпрыгнул из седла и, сияя улыбкой, подбежал к Грону и Алу. Вольный боец, не сумев сдержать чувств, обнял его за плечи, притянул к себе, с силой хлопнул по спине.
- Светлые духи рассвета, ты жив!
- Еще бы! - смеясь, ответил юноша. - Ясноглазая Оль не простила бы мне мою смерть. Да я бы вернулся к ней даже мертвый.
Вольный боец невольно отстранился, пристально посмотрел в веселые глаза Вальнура.
"Даже мертвый..."
- Заждались меня? Где мой ужин? Что тут без меня происходило? - сыпал вопросами Вальнур, оглядывая поляну. - Кто жег костер?
- Я все расскажу, - остановил его Грон. - А ты скажи, что случилось с тобой?
Юноша сбросил на траву плащ, распустил шнуровку воротника сорочки, принялся распрягать Топотуна.
- Они поджидали меня в лесу за грядой...
- Знаю, - вновь прервал его вольный боец. - Я видел Крута. А вот тебя не нашел.
Вальнур обернулся, пригладил разметавшиеся в скачке волосы.
- Так ведь со мной случилось то же самое, что и с тобой. С Крутом я справился, но Топотуна угораздило попятиться на зеркало! Я тоже провалился, хотя до этого пересек зеркало без всяких помех. И представьте себе - опять очутился посреди каменной пустыни, кажется, той же самой, что и в прошлый раз, только кишащей красными зубастыми червями. - Лицо Вальнура исказилось от отвращения. - Помнишь таких, Грон? И вновь те же черные мелкие камни, словно галька на нашем берегу, но никакого моря нет и в помине. Пришлось нам с Топотуном потрудиться, ему копытами, мне топором, пока эти твари не сообразили, что мы не собираемся попадать в их противные пасти. Отползли, разлеглись на камнях. - Юноша легонько ткнул кулаком Топотуна. - Опять подвел, белый огонь, провалился на ровном месте!
Конь недовольно мотнул головой, и Вальнур успокаивающе погладил его.
- Ну-ну, не обижайся, знаю, что ты не виноват. Потрудились мы славно, и я готов был и дальше истреблять этих красных уродин - но вовремя вспомнил тебя, Ал. - Юноша с благодарностью взглянул на Колдуна. Вспомнил совет, что ты давал Грону: провалившись, никуда не бросаться, оставаться на месте. Хоть никакой веревки и не было, я все-таки вылез. Вернее, меня выбросили. Что-то с такой силой толкнуло в спину, что и оглянуться не успел, как оказался вновь на зеркале. Только Крута там уже не нашел. Ты ведь видел его, Грон?
- Да. И отправил в болото.
- Ну вот все и прояснилось, - удовлетворенно сказал юноша и вдруг помрачнел. - А возвращаться с вином Асканты вам придется уже без меня. Я должен задержаться здесь.
Грон и Ал обменялись взглядами, затем вольный боец покосился на сосуд с голубой жидкостью, скрытый травой, и поинтересовался:
- Почему, Вальнур? Какие дела у тебя еще не сделаны? Метатели уничтожены...
- Не все - последних трех я не обнаружил.
Грон сделал успокаивающий жест.
- Они сами себя обнаружили и отжили свое в этом мире. Получили сполна, не сомневайся. А если тебя тревожит потеря подарка для ясноглазой Оль - тогда лови!
Грон оттянул повязку на запястье, извлек коготь дракона, бросил юноше.
- Я опять твой должник! - радостно воскликнул Вальнур. - Эх, жаль, что некому на тебя нападать...
Он звонко рассмеялся, посмотрел через плечо Грона на поросший лесом холм и весело прищурился.
- Вот разве что Рения захочет тебя обезоружить... хотя она, по-моему, и так тебя уже обезоружила.
Вольный боец резко обернулся. Захотелось громко крикнуть что-нибудь, рассмеяться, как Вальнур, или, раскинув руки и посильнее оттолкнувшись ногами от земли, прыгнуть прямо в небо, голубым вином Асканты пролившееся над головой...
По дороге, скользящей с холма, шла к ним босоногая девушка в темном платье.
Дальнейшее воспринималось Гроном как очаровательный сон. Как во сне он бежал навстречу Рении, как во сне обнимал ее, гладил пахнущие солнцем и лесом черные волосы, целовал теплые губы и милые глаза. Как во сне возвращался на поляну, держа на руках нежное легкое тело, прильнувшее к его груди. Как во сне слушал ее голос, удивительный, неповторимый голос, которым можно наслаждаться целую вечность...
Рения говорила о внезапно напавшей железной птице, о полете над лесом, о похожей на колодец пещере на вершине далекой скалы, куда железная птица принесла свою жертву. Дно пещеры было покрыто толстым слоем прелой листвы и сухих веток вперемешку с белыми черепами и костями, и лохмотьями чьих-то полуистлевших одежд...
Птица бросила Рению в этот каменный колодец, покружила над скалой, выслеживая новую добычу, и улетела. Рения не поддалась отчаянию и это, возможно, и спасло ее. Цепляясь за выступы, выискивая трещины в стене, девушка выкарабкалась из пещеры и бросилась через лес назад, к каменной гряде...
Рения говорила, заново переживая все случившееся, а Грон держал ее руку в своей - и никакие силы не могли теперь разлучить его с черноглазой дочерью лесоруба. Вальнур и Ал тоже слушали ее рассказ, и юноша, как всегда, не выдержал и воскликнул:
- На обратном пути надо будет расправиться с железной птицей!
- Мы уже на обратном пути. - Грон показал на сосуд.
