— «Я — человек!» — кивнул отважный рыцарь, что-то вспомнив. — «Человек, а не осел и не пьяный мерин!» Именно так отвечал мой четвероюродный дядюшка Бенедикт своей жене, когда та принималась его ругать за то, что он допоздна засиживается с приятелями в трактире. Но однажды дядюшка решил придти домой пораньше. Он так торопился, что все время спотыкался и падал, весь перемазался и стал сам на себя не похож. Зато вернулся засветло! Вошел он в замок, увидел жену, обнял ее, а она ему и говорит так ласково: «Дорогой, как ты неосторожен! А если сейчас вернется мой муж Бенедикт?»
Мудрецы заскрежетали зубами.
— Ладно, тогда скажи нам, справедливо ли устроен наш мир?
— Справедливо, — ответил Гиль, а Викинг поддакнул.
— Значит, если несколько человек нападают на одного, это тоже справедливо? — коварно улыбнулся один мудрец.
— Как вам сказать… Обычно в таком случае выясняется, кто лучше дерется, — пояснил отважный рыцарь. — Один раз в темном лесу на меня напала целая шайка разбойников. Все они были вооружены до зубов и отчаянно дрались, но когда я уложил с десяток, остальные позорно бежали. Это был справедливый финал, потому что на моей стороне были благородство и бескорыстие — ведь мне у разбойников нечего было взять.
Мудрецы схватились за свои колпаки и надвинули их по самые плечи. Потом они отошли в сторонку, немного посовещались и снова подступили к Гильому. Глаза у них горели, волосы встали дыбом, а мудрость из ушей валила целыми клубами.
— Ты проявил удивительную находчивость, наш первый ученик, — сладким-пресладким голосом пропел один из них (тот, что был немножко мудрее остальных). — Тогда ты, наверное, знаешь ответ на самый главный вопрос: как сделать всех людей на земле счастливыми?
— Конечно, знаю! Это же так просто! — удивился рыцарь. — Надо дать каждому вкусный пирожок с золотой монеткой вместо начинки!
— Пирожок с монеткой?! — у мудрецов глаза полезли на лоб. — Но если это так просто, почему до сих пор никто этого не сделал?!
Отважный рыцарь почесал в затылке.
— Ну… Сначало нужно найти повара, который согласиться испечь столько пирожков. А потом — вдруг кому-то одного покажется мало?
Некоторое время остолбеневшие мудрецы молча смотрели на Гиля. Но очень скоро они пришли в себя и принялись вразнобой выкрикивать разные вопросы, пока отважному рыцарю это не надоело. Он схватил медный таз и накрыл им всех троих разом, а сверху посадил Викинга.
— Они мне надоели! — сказал он рыжему коню. — Только и делают, что болтают, все Подводное царство заболтали. Друг моего кузена Генрика король Магнус Ослиные Уши однажды пригласил к себе в гости знаменитого ученого, чтобы обсудить с ним разные философские проблемы. Но сначала он усадил гостя за стол и накормил до отвала. «Ваше Величество, — сказал ему мудрец. — После такого ужина я просто не могу говорить ни о чем другом и думать тоже!» «Это все, что я хотел узнать,» — сказал Магнус. Так что кушать надо лучше, тогда большинство вопросов отпадут сами собой.
Но мудрецы под тазам не прислушались к рыцарскому совету. Они продолжали кричать о знаниях, жизненном опыте, великом уме, Академии и экзаменах. Медный таз раскалился, и Викинг с трудом на нем удерживался.
— Долго мне еще так сидеть? — недовольно ворчал он.
— Можешь слезть! — разрешил его хозяин. — А этим все равно пора отправляться в путь. Они хотели посмотреть мир, вот пусть и смотрят, может, действительно поумнеют.
Он подхватил таз с мудрецами, поднатужился и подбросил его вверх.
— Пока, тазик! — крикнул Викинг.
— Пока! — прозвенело сверху. В последний раз сверкнули медные бока, мелькнули остроконечные колпаки, мудрость прочертила в воде три дымные полосы — и все исчезло.
И в то же мгновение подводный сад ожил. Заколыхались водоросли, встрепенулись рыбы, медузы развернули свои прозрачные купола. А жемчужницы разом раскрыли раковины и принялись болтать всякие глупости, от которых вода снова стала легкой и прозрачной…
В тот же день подводный король на радостях повелел устроить пир на все дно морское. И тут же дворец разукрасился гирляндами светящихся водорослей, янтарные стены заискрили, полы сами собой выстелелись ковром из мшанок. Быстроходные тунцы мигом разнесли весть о пире по морям и океанам, а поскольку специальные приглашения в таких случаях никогда не рассылались, то на пир могли прийти все, кто хотел. Первыми появились моряне верхом на дельфинах, за ними океанники с караваном морских черепах, глубинники в повозках, запряженных электрическими угрями, и последним из Анмарской впадины прибыл король Люмиус, которого принес в щупальцах гигантский кальмар с глазами как плошки.
— Люм, дорогой! Дай я тебя обниму! — бросился к нему Не-Лей. Следом за ним поневоле двинулся и Гильом, с которым подводный король решил никогда не расставаться, а потому привязался к нему золотой цепочкой, а про себя думал женить рыцаря на одной из своих дочерей.
