Когда Илья отстранился так же резко, как и поцеловал ее, Кристина ощутила себя выброшенной на берег рыбой. Жадно хватая ртом воздух, она проследила за взглядом Ильи, который смотрел куда-то в окно, и ей показалось, что она рухнула со скалы и разбилась об асфальт, словно хрустальная ваза. Дзинь.
Она увидела, как Лена торопливо семенит в сторону бара, и поняла, что этот поцелуй для Ильи ничего не значит.
– А вот это явно был двойной страйк, – весело сказал он.
– Однозначно, – блекло сказала Кристина, вспомнив, как пошутила в боулинге.
Илья усмехнулся, трогаясь с парковки. Бросив быстрый взгляд на Кристину, он вдруг спохватился:
– Ничего, что я поцеловал тебя?
Кристина выдавила из себя улыбку. Сказка закончилась, а американские комедии нулевых врут.
Глава 13 Заботмен
Кристина дрожащими от волнения руками сжала кисточку, собираясь чуть-чуть подкраситься, а потом со злостью уставилась на нее.
– Боже, чем я занимаюсь? – простонала она, заталкивая кисточку в косметичку.
Зачем краситься перед тем, как идти убираться? Илье все равно, как она выглядит, – она для него всего лишь повод заставить бывшую поревновать, не более. И она знала это с самого начала, но почему тогда на душе так погано? Почему внутри все сжимается от тоски о поцелуе, который был чистой воды спектаклем? Хорошо еще, Илья подумал, что она подыграла ему, и не понял, что для нее этот поцелуй был настоящим.
Ведь ей казалось, что в тот вечер между ними пробежало что-то… какая-то искра.
– Убожество, – бормотала Кристина, снимая с себя нарядный новогодний свитерок и меняя его на затрапезную толстовку. – Какое же ты убожество, – сказала она своему отражению в зеркале, висевшем на шкафу.
Собрав волосы в тугой хвост, она натянула на себя первые попавшиеся джинсы и вышла из комнаты. Родители работали, так что никто не стал спрашивать, куда она идет. Кристина оделась и вышла из квартиры, сердито хлопнув дверью.
Она нарочно медленно плелась по улице, то и дело скользя ногами по снежной каше и ругаясь себе под нос. Не радовали ни яркое солнце, ни пушистые хлопья, кружившие в воздухе, на душе было крайне паршиво. Она даже хотела позвонить Ирке, но поняла, что не готова в третий раз обсуждать, что Илья – засранец, который просто использовал ее и все.
А с другой стороны, разве она имела право на него злиться? Он сразу сказал, что это спектакль, а все остальное – ее нездоровые фантазии, в которых Илья осознает, что она лучшее, что могло с ним случиться, и уносит на руках в закат. И за это было стыдно. Как и за то, что у нее остановилось сердце, когда губы Ильи нежно прижались к ее. И особенно за то, как она жадно ответила на его поцелуй.
«Как мне ему в глаза теперь смотреть?»
Впервые за все время, что она ходила к Илье, Кристина воспользовалась лифтом, в глубине души надеясь, что он застрянет, уборка отменится и ей не придется встречаться с Ильей. Да и на кой ей сдались эти уборки, если у нее нет ни единого шанса ему понравиться?!
Она обреченно вышла из лифта и нажала на кнопку звонка, непроизвольно затаив дыхание.
– Привет!
Кристина уставилась на жизнерадостно улыбающегося Антона.
– Привет, – растерянно протянула она, входя в квартиру.
– Илья забыл, что Новый год уже завтра, и укатил за подарками, – хихикнул Антон, закрывая за ней дверь. – Мне кажется, если бы я не приехал к нему с елкой и новогодними украшениями, он бы так и сидел на диване в обнимку с ноутом.
Кристина была уверена, что так бы оно и было, и не стала спорить. Повесив пуховик в шкаф, она собиралась было прошмыгнуть в чулан за средствами для уборки, но Антон ее остановил:
– Слушай, я хочу немного нарядить эту берлогу… Поможешь?
– А давай.
Кристине понравилось его предложение. Во-первых, она обожала Новый год и все, что с ним связано, особенно наряжать елку, а во‑вторых, убираться лучше, когда возня с украшениями закончена, а то повсюду будут блестки и мишура.
– Я купил елочку, – похвастался Антон, показывая Кристине коробку с искусственным деревом. – Маленькая, но Илья уперся, что не хочет большую. Он вообще отмечать не хотел, но я навязался, – с гордостью сообщил парень, затаскивая Кристину в гостиную. – Елку поставим на стол, туда, – он ткнул пальцем в книжные полки, – можно повесить мишуру, а на кухню я купил занавес, чтобы все окно светилось.
– Круто, – улыбнулась Кристина. – А почему гирлянда пятиметровая? Не многовато для такой елочки?
Антон нахмурился:
– Я не смотрел на длину. Ну, ничего, намотаем в три слоя, зато будет ярко.
Следующие полчаса Кристина и Антон возились с елкой.
– А ты не спешишь никуда? Ничего, что я тебя задерживаю? – вдруг спохватился Антон.
– Не, учеба закончилась, так что теперь до середины января никуда не тороплюсь, – заверила его Кристина.
– Как зачеты прошли?
– Нормально. У меня половина автоматом была, – пожала плечами Крис, наматывая на елку голубую мишуру.
– Везет, – скривился Антон. – А у меня один незачет, мать так орала, что я решил сбежать к Илюше. А вообще, я говорил, что хочу быть дизайнером, а не вот это все экономическое фуфло.
– Понимаю, – поддержала Кристина.
