– Замерзла? – неправильно истолковал он мою реакцию, посмотрев на безрукавку и спортивные шорты, в которых я спала. Боюсь, вид у меня был не самый привлекательный, особенно если учесть лицо без грамма косметики и собранные в болтающийся хвостик волосы. Не дожидаясь ответа, Джимми накинул мне на плечи свой пиджак, окутавший меня теплом и запахом его тела.
Тепло читалось и в глазах Джимми, обежавших меня с головы до ног, которые болтались дюймах в десяти от пола. Этот дружеский взгляд грел мне душу, но, могу поклясться, он был и оценивающим, мужским. Однако уже в следующую секунду губы моего приятеля дрогнули, складываясь в такую знакомую усмешку.
– Что? – спросила я, наклоняясь над кружкой, чтобы скрыть невольный румянец, вызванный пристальным вниманием.
– Просто ты сейчас совсем как тринадцатилетняя.
– Ого! Если у тебя все комплименты такие, неудивительно, что ты до сих пор один, – заметила я, протягивая руку за вторым круассаном.
* * *
Потребовалось больше часа, чтобы вынести все коробки и загрузить их в машину Джимми. Мы поднимались в лифте за очередной порцией, когда мой мобильник, в который уже раз за это время, снова зазвонил. Вытащив его из кармана джинсов, я взглянула на экран и нажала кнопку сброса.
– Опять Мэтт? – коротко спросил Джимми.
Я кивнула, убирая телефон.
– Рано или поздно он успокоится, – добавила я.
– Думаешь?
Лифт остановился, и Джимми, шагнув вперед, так что его лица я не видела, проговорил вполголоса:
– Я бы никогда не успокоился.
Интересно. Очень интересно.
* * *
Немного погодя я закрыла за собой дверь квартиры в последний раз. Придется, наверное, еще вернуться, чтобы разобраться с арендой и коммунальными платежами, но фактически можно было считать, что отсюда я съехала.
– Ты как, нормально? – спросил Джимми, ободряюще сжимая мне плечо.
– Как ни странно, да, – откликнулась я.
– Отлично, – кивнул он. – Потому что если ты вдруг передумала и хочешь нести все обратно, то ищи кого-нибудь другого!
Я рассмеялась, однако его слова не шли у меня из головы, пока мы спускались к машине. В самом деле, не пожалею ли я об этом, когда память вернется? Картинка с Мэттом и Кейти вновь встала перед глазами – похоже, я действительно не скоро от нее избавлюсь. Нет, какие-то решения не изменятся, что бы доктор Эндрюс ни помогла мне вспомнить.
Машин на дороге оказалось не так много, учитывая, что до Рождества оставалось всего ничего. Видимо, нависшее небо и порывистый ветер не особо располагали к поездкам. Однако в автомобиле Джимми было тепло и уютно. Или меня согревало его присутствие?
– Решила что-нибудь со своей работой в журнале?
Я нахмурилась. Я долго думала, как поступить. Бросить работу было куда труднее, чем все остальное. Я столько лет мечтала о карьере журналиста, но сейчас по иронии судьбы смутно ощущала, что не заслужила это место.
– Глупости, – ответил Джимми, когда я попыталась объяснить ему свои сомнения. – У тебя отличные статьи!
Растаяв от похвалы, я задумчиво вздохнула.
– Ну, может быть. Не знаю пока. Наверное, потяну с решением еще пару-тройку недель.
– Кстати, – как бы размышляя вслух, произнес Джимми, – ты можешь вернуться на свою старую работу в нашей местной газете. Твой отец упоминал как-то, что они с радостью примут тебя обратно.
О таком варианте я даже не подумала и начала прикидывать все «за» и «против», когда Джимми добавил:
– Хорошо бы, если бы ты снова была рядом.
Я повернулась к окну в дождевых капельках, чтобы он не увидел глупую улыбку, появившуюся на моих губах. И тут мир вновь перевернулся.
– Поверни налево!
Джимми недоуменно взглянул на меня:
– Что? Зачем? Нам же в другую сторону.
Однако что-то в моем лице подсказало ему, что вопросов лучше не задавать. Под яростный и вполне заслуженный гудок такси, которое он подрезал, мы перестроились на другую полосу и повернули.
– На светофоре прямо, – велела я.
В ответ на новый вопросительный взгляд я лишь помотала головой, и Джимми промолчал. Приближался оживленный перекресток.
– Куда теперь?
– Направо и по этой дороге до конца. Она там уходит влево.
Больше он вопросов не задавал, не допытывался, куда мы едем и зачем. Не моргнув глазом, Джимми послушно исполнял мои отрывистые команды и только однажды вполголоса пробормотал:
– Знаешь, девушка в навигаторе куда вежливее.
Его замечание почти заставило меня улыбнуться и хоть чуть-чуть расслабиться, что было бы нелишним – сердце колотилось как сумасшедшее, внутри от напряжения все буквально завязывалось узлом. Пока мы петляли по бесчисленным переулкам, я чувствовала, будто какая-то непреодолимая сила тащит меня к месту нашего назначения.
Постепенно престижные кварталы остались позади. В конце концов мы выехали на улочку с мелкими магазинами под потертыми вывесками, располагавшуюся в одном из самых незавидных районов Лондона.
– Можешь припарковаться там? – Я указала на только что освободившееся место. – Вон за тем фургоном.
