— К вашей внучке, я чувствую намного больше, чем любовь, — прервал тишину я. — это больше, чем просто любовь, — посмотрел на него. — я живу Варей.
— Хорошо, — кивнул он. — если это так.
— Я был таким глупцом, когда обидел девочку. Я готов был пасть на колени перед ней…хотя я это и так сделал, прощения вымаливал, — сделал паузу, чтоб с духом собраться, и продолжил. — когда увидел впервые ее, в том несчастном подъезде, то просто сдох. Потому что именно тогда я понял, что всецело принадлежу ангелу, и плевать хотел если бы она отвергла меня, — ткнул себя пальцем в грудь. — потому что тут она, занозой в сердце, в душу вгрызлась, и держит в своих маленьких ладонях мое чертово сердце.
Позади меня раздались хлопки, и грубый мужской голос произнёс:
— Так значит это ты и есть? Как славно!
Я медленно развернулся и посмотрел на парня.
— А ты кто? — спросили одновременно с дедом Вари.
— Первая любовь, принцессы, — он выдохнул дым в мою сторону. — и последняя.
Я шагнул к нему, и встал напротив сжимая руки в кулаки.
— Какого черта ты тут делаешь? — грубо спросила Максима.
Он перевёл свой потемневший от злости взгляд серых глаз на меня и ухмыльнулся.
— Вот ЭТО значит и есть, тот по которому ты сохнешь?
Я мельком посмотрела на Руслана, и увидела, как он сдерживаешь себя из последних сил чтобы не врезать Максиму.
— Мы с тобой все выяснили, что тебе нужно? — сделала шаг в его сторону. — у тебя женщина беременна…оставь меня в покое, просто уходи.
— Дааа, выяснили, — он вдруг посмотрел на Руслана. — до сих пор наш разговор на моих пальцах чувствуется, — и Рус не выдержал, ударил его, что тот мешком на землю упал, и расхохотался. — о, друг разве принцесса не говорила, как она кричала и извивалась, вот на этих самых пальцах? А, как сладко кончала? — Боги, что он несёт? — мне так понравилось…
Я закрыла лицо руками, и не веря в то, что человек которого когда-то любила, способен на такую мерзость. Но, как я ошибалась!
Я посмотрела на него, и прошипела:
— ПОШЁЛ ВОН…вон я сказала, чтоб духу твоего не было тут, — чувствую, как трясти начинает меня. — ублюдок… гаааад.
Он встал во весь свой внушительный рост, и с каким-то злорадством и триумфом посмотрел сначала на меня, потом на Руслана.
— Что дорогая не нравится? А ведь это правда! — развернулся и пошёл прочь твёрдой и уверенной походкой.
Меня всю трясёт от злости, обиды… Мое сердце мечется в грудной клетке так, будто выпрыгнуть хочет оттуда. Я пытаюсь успокоить своё дыхание, ведь ещё чуть-чуть и кровавые слёзы польются из моих глаз.
Смотрю на Руслана, а тот пустым взглядом смотрит куда-то вдаль. Я взяла его за руку и он вздрогнул.
— Руслан, — пропищала я. — это не правда…точнее правда, — он дёрнулся, и перевёл свой взгляд на меня. — но это было не вчера. Клянууусь. Поверь мне, милый, — и плевать, что дед стоит и все это видит и слышит. — мы и правда вчера разговаривали, но не было ничего.
Он высвободил свою руку, и отошёл назад, все так же смотря на меня исподлобья.
— Прости, — с этими словами он ушёл.
— Руслааан, — бросилась вслед за ним. — поверь мнеее. Прошу, — обняла его. — не уходи, не оставляй меняя, — посмотри в глаза мои. Там нет лжи. Там только ты! — но он не смотрит, и я разжала объятия, и отошла в сторону.
С его уходом, я просто умерла. Как только высокая фигура парня скрылась за воротами, я заорала. Упала на колени, и завыла раненым зверем. Душераздирающий крик пронзает воздух. Больно. Как же больно.
— Почемууу? — вою. — за что таааак?
Чьи-то руки меня подняли с земли.
— Внучка, — голос деда. — вернётся. Дай ему время. Я знаю, ты правду говоришь, и про Максима этого я тоже знаю все, и что любила его, а он пользовал тебя. И Руслан любит.
— Люблю же егооо, — и снова мучительный крик.
— Пойдём в дом, — дед обнял меня, а проклятые слёзы душат меня, и из-за них, будто слепая стала и не вижу перед своим носом ничего.
Когда мы заходим в дом, бабушка выбежала с кухни, и открыла рот, чтобы что-то сказать, но я опередила.
— Потом…Простите, — и шмыгнув носом, прохожу мимо неё, и с дрожащими ногами поднимаюсь в комнату.
Не сейчас. Не хочу разговаривать. Меня ждёт моя кровать, и подушка на которой каких-то пол часа назад лежал Руслан.
Мне нужно выпить прямо сейчас, чтобы справится с этим дерьмом.
Наверное я заснула, потому что вздрогнула, когда почувствовала прикосновение мамы. Я ещё не увидела ее, но поняла это по аромату её парфюма. И по нежным рукам.
— Доченька.
— Мам, почему он поверил ему, а не мне? — задаю вопрос.
— Руслан хороший мальчик, и нам очень нравится. Дай ему время, он поймёт что ошибся с выводами, и придёт.
— Я бы кожу с себя живьём содрала, но не позволила бы прикоснуться чужим рукам к себе. Потому что мамааа, я не принадлежу сама себе. Все это, — обвела себя руками. — это все его, душа моя и сердце.
— Так любишь его?
— Дааа, люблю.
После небольшой тишины, мама сказала мне спуститься на ужин. У меня не то, что нет аппетита, у меня нет желания идти на кухню и ловить сочувственные взгляды своих родных на себе.
