Ага, и что ты ей скажешь? Прости, наорал потому, что сиськи и ноги твои уж очень понравились, стыдно стало? Смешно. Нет, Орлов. Давай, договаривайся об эвакуации пациента, вызывай на дежурство по приемке другую медсестру и вали домой. Лена, наверное, уже заждалась.
5. Марьяна. Поле с граблями.
Ну вот, опять нарвалась на неприятности. Сцепилась с непосредственным начальником. Ведь предупреждал же Седов — молчи в тряпочку. А как тут смолчишь, если тебя фактически шлюхой обозвали… В завуалированной форме, конечно, но сути это не меняет… Да и ты в долгу не осталась… Тоже по факту заявила что он озабоченный… Нормальные такие отношения с начальством завязываются… Полный трындец, короче.
Теперь ещё доклад готовить… А вот финт с недостатком веса и столовой Марьяна вообще не поняла. Это что, наказание такое? Или он действительно хочет её уволить?
А вообще, странно это. Ведь нормально же всё было… Больного стабилизировали, работали слаженно, как будто не сорок минут в общей сложности общались, а десять лет в одной смене отпахали. И Орлов этот был доволен, похвалил, улыбался. Сказал, что сработаемся…
А потом прямо за секунду переменился до неузнаваемости. Превратился в вечно недовольного брюзгу. Рожу скорчил, как будто уксуса случайно глотнул. Фирменный взгляд: как на букашку. Кучу претензий высказал. Дед семидесятилетний и то меньше ворчит.
А ведь он молодой, лет тридцать всего на вид. И, надо отметить, очень даже ничего… Высокий, подтянутый, в меру подкачанный. Широкие плечи, благородная осанка. И руки… Руки хирурга. Красивые, сильные, с длинными пальцами. Не глупый. Даже когда орёт. И вообще, есть в нём что-то такое, чего словами не опишешь. Какая-то внутренняя сила…
Да ну на фиг… Вот это тебя, Марьяшка, занесло… Его занудство, снобизм и завышенная самооценка с лихвой перекрывают все достоинства внешности. Бедная жена, как она его терпит?
Ход мыслей прервал телефонный звонок.
— Да, мам, привет!
— Ну как ты там, доченька? С квартирой определилась?
— Пока живу в палате. Практически на рабочем месте. Завтра обещали в служебное жильё сводить, осмотреться.
— Это хорошо. Глянешь что нужно для ремонта, я привезу. И мебель закажем.
— Спасибо, мамуль.
— Как первый день на работе?
— Да, честно говоря, не очень.
— Почему?
— С начмедом успела переругаться.
— Что, прямо в пух и прах?
— Даже не знаю. Он придираться начал. Я ему тяжёлого больного помогла спасти. Оказывается не так, как надо. Он претензии высказал, я ответила… В общем, слово за слово… Сказал, что одеваюсь как девушка лёгкого поведения, я со злости рубанула, что у него проблемы с женщинами… В общем, обменялись взаимными оскорблениями. А ещё он меня уволить пригрозил, если четыре килограмма не наем в ближайшее время. И в столовую определил. Под личный контроль. Короче, дурдом какой-то.
— Может, ну его, этот Загорский госпиталь? Давай, домой возвращайся…
— Ага, отцу на радость? Я прямо вижу как он руки потирает. И свадебное платье мне уже купил. Как только я возвращаюсь, меня прямо у порога в него пакуют и везут в ЗАГС. Кстати, как папа? Сильно бесится, что я уехала?
— А сама-то как думаешь? Ты планы грандиозные ему сорвала… Он возлагал на тебя огромные надежды, понимаешь?
— Не на меня, а на этот брак. Хотя, я честно, не знаю почему без него нельзя обойтись… Тем более, Данил тоже не горит желанием жениться.
— Ну, как же… Родственные связи — самые крепкие.
— А ничего, что и жених и невеста категорически против?
— Так уж и категорически… Ты рассталась с парнем, Даник тоже свободен. Вы знаете друг друга с детства… Лучшей партии тебе не найти. Тем более, это в интересах бизнеса. И родители Дана тоже двумя руками за.
— Мам, а как же любовь? Да, я хорошо отношусь к Данилу, но он — друг, практически брат. И отцовская затея нас поженить… Ну, в общем, это не правильно.
— Знаешь поговорку — стерпится, слюбится. Хороший мальчик, уважаемая семья. Он сможет обеспечить тебе тот уровень жизни, который заслуживаешь. Отец выведет бизнес из тени. Ты же знаешь, он военный, и не может действовать от своего имени… А Григорий Шевченко хочет расширить производство, но ему нужны инвестиции. Ты- наша единственная дочь. Данил — тоже один ребёнок в семье. И этот брачный союз послужит своеобразной гарантией. А ваши дети унаследуют всё, что заработали их деды…
— Нет, мам. Я — пас. Всю жизнь прожить с нелюбимым мужем — это не для меня. Контракт с Российской армией я продлила на три года. Отсижусь здесь. А там, может папа оставит свою блестящую идею… Даже самый строгий начальник не так страшен, как разгневанный отец.
— Он лишит тебя финансовой поддержки…
— Ну и что. Переживу. Ты знаешь, я неприхотлива. В конце концов, у меня есть зарплата. И будет служебное жильё. Не пропаду.
— Он постарается превратить твою жизнь в ад.
— А замуж за Даника — это рай в твоём понимании? Повторяю — я вообще не воспринимаю его как мужчину…
— Ко всему можно привыкнуть.
