Арзамасцева была женщиной высокой, буквально на пару-тройку сантиметров ниже своего почившего супруга, и достаточно широкоплечей. Прямые черные, как вороново крыло, средней длины волосы обрамляли смугловатое узкое лицо. Слегка раскосые карие глаза, прямой нос, тонкие алые губы. Назвать ее красивой у Гурова не повернулся бы язык, но вот в том, что Маргарита Денисовна однозначно была женщиной броской, он нисколько не сомневался. К тому же на хозяйке дома красовалось длинное приталенное платье, выгодно подчеркивающее ее фигуру, а общую картину гармонично завершали стильные открытые босоножки на высокой платформе.
– Я бы попросил вас, Ольга Викторовна, не бросаться столь резкими обвинениями, – недовольно бросил взгляд на напарницу Гуров, и из всех присутствующих в гостиной только Старовойтова понимала, что эта фраза также была частью продуманной схемы. – А что касается вашего вопроса, Маргарита Денисовна, то пока у меня нет на него ответа. – Он сокрушенно вздохнул. – К сожалению. Мы рассматриваем все возможные версии. И только поэтому мы сейчас здесь. Хотелось бы задать вам пару вопросов. И желательно наедине. Если вы не возражаете, конечно.
Лев чуть приподнял голову и столкнулся взглядом со здоровенным накачанным парнем лет тридцати, возвышавшимся над головой сидящей Маргариты Денисовны, словно мраморное изваяние, скрестив руки на груди и плотно сомкнув губы. Здоровяк был облачен в темно-синий костюм, который буквально трещал на нем по швам, а характерно отставленный левый локоть свидетельствовал о том, что парень при оружии. Такие вещи Лев подмечал сразу.
– Возражаю, – практически без паузы откликнулась Арзамасцева. Стянув кольцо с указательного пальца правой руки, она перебросила его на безымянный. – У меня нет секретов от Гены. Я полностью доверяю ему. Он мой личный водитель и телохранитель в одном лице. Сева нанял его очень давно, и теперь Гена, как… как часть нашей семьи. Так что он останется.
– Как вам будет угодно, – пожал плечами Гуров. – Хотя, уверяю вас, Маргарита Денисовна, ни я, ни майор Старовойтова не собираемся нападать на вас. Следовательно, необходимость в вашем личном телохранителе…
– Гена останется, – повторила женщина, слегка повышая голос.
Лев молча кивнул в знак согласия и еще раз бросил взгляд на здоровенного телохранителя. Глаза Гены были холодными и непроницаемыми. На левой щеке в свете солнечных лучей зловеще поблескивал косой шрам. Старовойтова сместилась к высокому книжному шкафу, достала одну из книг и быстро пробежалась пальцами по старым желтым страницам. Поставила книгу на место, взяла следующую. Ее действия были похожи на обыск, и Маргарита Денисовна недовольно покосилась в сторону майора.
– Хорошо, – снова кивнул Лев. – Скажите, как давно вы видели своего мужа?
Ответ последовал не сразу. Кольцо Арзамасцевой переместилось на средний палец.
– Дня три или четыре назад.
– Не помните точно? – вскинул вверх левую бровь Гуров.
– Не помню. В последнее время мы с Севой, знаете ли, не жили вместе. Он лишь периодически заезжал сюда за какими-нибудь личными вещами. И такой вот визит был три или четыре дня назад. Я не веду график встреч с ним, полковник.
– Почему вы не жили вместе?
Снова пауза. И снова перемещение кольца на следующий палец. Вены на шее женщины слегка вздулись.
– Это так важно? Может быть, личное останется личным?
– Я так не думаю, – с сочувствующей улыбкой покачал головой Лев. – Речь идет об убийстве, Маргарита Денисовна. И это дает мне право задавать любые вопросы. Таков протокол.
– Если Маргарита… Денисовна не хочет отвечать на некоторые вопросы, она и не будет, – неожиданно включился в дискуссию телохранитель. Его голос был таким же холодным, как и взгляд. – А если вы продолжите напирать…
– Слышь, горилла! – резко развернулась к нему Старовойтова. – Тебе вроде слова не давали. Когда понадобится, полковник тебя спросит. А пока помалкивай в тряпочку. Лады?
Глаза Гены стремительно налились кровью. Шрам на щеке блеснул еще ярче. Рука машинально потянулась к отвороту пиджака. Ольга была готова к такому повороту событий. Ее рука так же быстро метнулась за спину, и пальцы сомкнулись на рифленой рукоятке табельного оружия, заткнутого за брючный ремень.
– Подождите-подождите! – нервно вскинулась Арзамасцева. Кольцо, снятое с пальца, на пару секунд зависло в воздухе. – Гена, остынь! Прошу тебя! Я не хочу конфликтов. Я скажу вам все, что нужно, полковник. Спрашивайте о чем хотите. Вам так необходимо знать, почему мы с Севой в последнее время не жили вместе? Это трудно объяснить в двух словах… – Она перевела дух – чуть подрагивающий от волнения мизинец нырнул в золотое кольцо – и продолжила: – Причин много. Они копились годами, если вы понимаете, о чем я, полковник. Наш с Севой брак уже давно и планомерно разваливался. И в итоге… В итоге мы решили, что лучше развестись, чем жить дальше вот так…
– Кто был инициатором развода?
– По факту – Сева. Он предложил, а я была не против.
– У вашего мужа были другие женщины?
