Стало темнеть, и Элен поняла, что слишком далеко отошла от дома.
Оглядевшись, она впервые осознала, как пустынно и безлюдно вокруг. Все внушало тяжелое чувство, долина словно замерла в ожидании неведомого несчастья. Где-то вдалеке раздавались слабые раскаты грома.
К счастью, Элен, прошла суровую жизненную школу, привыкла к трудностям, не любила жаловаться, была реалисткой, и полагала, что все подобные предчувствия можно объяснить не вмешательством темных сил, а расстройством желудка или изменениями погоды. Элен была небольшого роста, с очень белой, словно светящейся, кожей. Внешность ее можно было бы назвать заурядной, если бы не сноп густых волнистых ярко-рыжих волос. Она жила ожиданием будущего счастья и встречала новый день с веселым любопытством, стараясь использовать каждый час, каждую минуту для того, чтобы удовлетворить это любопытство.
Элен боялась только одного — остаться без работы. Прочтя объявление о том, что в загородном доме профессора Варрена требуется помощница, она с трепетом подумала об огромном количестве девушек, которые откликнутся на него. Позже Элен поняла, что ей удалось покинуть ряды безработных только потому, что дом, носящий гордое имя «Вершина», расположен в безлюдном месте. До ближайшего города было двадцать две мили, до ближайшего селения — двенадцать. Ни одна горничная не оставалась надолго в такой богом забытой дыре, поэтому здесь постоянно не хватало прислуги.
Миссис Оутс, вместе с супругом восполняющая в настоящее время этот пробел, встретила Элен в зале ожидания городка Херефорд.
— Я сказала мисс Варрен, что ей следует пригласить девушку из приличной семьи, — объяснила она.
Семейство Варрен представляло довольно интересный объект для наблюдения. Профессор, давно овдовевший, и его сестра, мисс Варрен, были людьми пожилого возраста. Элен отнесла их к разряду «ученых сухарей», выхоленных и чопорных, интересовавшихся только наукой. Но их мачеха, старая леди Варрен, прикованная к постели в Синей Комнате, была кошмаром для членов семьи и прислуги. Вчера, например, она бросила в сиделку тарелку с горячей овсянкой. Леди Варрен достигла желаемого результата: на следующее утро мистер Оутс отвез получившую расчет сиделку в город и должен был возвратиться вечером с новой мишенью.
Все в доме ждали, что старая леди вот-вот умрет, но она не поддавалась. Каждое утро смерть стучалась в дверь Синей Комнаты, но леди Варрен с той же регулярностью отсылала ее прочь.
Наряду с этим трагикомическим персонажем в семействе существовал классический треугольник, представленный сыном профессора, его невесткой и проживающим в доме Стефаном Райсом — учеником профессора, бывшим его студентом, исключенным из Оксфорда, которого он готовил к работе в Индии. Сын — умный, но некрасивый молодой человек, страстно и безответно влюбленный в свою жену Симону. Это была красивая молодая женщина с собственными средствами, избалованная, взбалмошная и не склонная удовлетворяться супружеской любовью.
Симона любила проводить эксперименты на мужчинах. В настоящее время она старалась завести роман со Стефаном Райсом — смазливым легкомысленным юношей.
Взглянув на часы, Элен сделала испуганную гримасу. Скоро будет совсем темно.
Элен отделяла от дома глубокая лощина, заросшая деревьями. У нее замерло сердце при мысли, что придется пройти этой лощиной, напоминающей ловушку.
«Идиотка! — сказала она себе. — Сейчас еще не поздно, лишь темнеет. Быстрее смывайся отсюда!»
Собрав все свое мужество, Элен осторожно побежала по скользкому краю дороги, поскольку середина была слишком каменистой.
Она не отрывала глаз от дома. Ей показалось, что в окне Синей Комнаты мелькнул луч света.
Девушка восприняла его как сигнал к исполнению самой важной своей обязанности: каждый вечер в сумерки она должна была обходить весь дом, запирать все двери и закрывать окна изнутри ставнями. Раньше ей казалось, что ее хозяева проявляют излишнюю осторожность, но здесь, в темном безлюдье, это виделось уже по-другому.
Эти предосторожности имели прямое отношение к взволнованным разговорам на кухне и перешептыванию в гостиной, а причиной всего было последнее убийство.
Элен инстинктивно поежилась, произнося про себя это слово.
Четыре убийства, совершенные, по всей вероятности, каким-то маньяком. Все убитые были молодыми девушками.
Первые два убийства произошли в городе, далеко от «Вершины», и у обитателей дома не было причин для беспокойства. Третье произошло в селении, тоже не очень близко. Четвертая девушка была задушена в коттедже, за пять миль от дома профессора Варрена.
«Маньяк с каждым разом становится все смелее, — думала Элен. — Вначале он убивал на улицах, потом — в саду. И наконец, проник в дом, в спальню».
