Я нервничала все больше. Лидди перестала делать вид, что ничего не боится, и спала теперь в моем будуаре на диване. Рядом с ней лежало Евангелие и большой кухонный нож. Таким образом, она была готова дать отпор и человеку, и привидению. Вот как обстояли дела в четверг ночью, когда я сама приняла участие в завязавшейся борьбе.
В этот вечер, около девяти часов, Лидди пришла в гостиную и сообщила, что одна из горничных видела, как двое неизвестных проскользнули за конюшню. Гертруда, занятая своими невеселыми мыслями, вздрогнула и сказала:
— Лидди, ты сплошной комок нервов. Ну и что из того, что Элиза видела у конюшни двух мужчин? Может быть, это были Уорнер и Алекс.
— Уорнер сидит на кухне, мисс,— ответила Лидии с достоинством, поджав губы.— Если бы вы пережили то, что пережила я, вы бы тоже стали комком нервов. Мисс Рэчел, я была бы вам очень благодарна, если бы завтра вы заплатили мне зарплату за прошлый месяц. Я уезжаю жить к сестре.
— Прекрасно,— кивнула, к ее изумлению, я.— Я выпишу чек, а Уорнер отвезет тебя к поезду, который уходит в полдень. Лидди очень удивилась.
— Ты прекрасно проведешь время у сестры,— продолжала я.— У нее, кажется, пятеро детей?
— Совершенно верно,— ответила Лидди и расплакалась.— Выгоняете меня на улицу после стольких лет. А я еще не довязала вам шаль. И никто не знает, как нужно готовить ванну для вас.
— Пришло время мне самой научиться готовить ванну.— Я очень старательно вязала. Но Гертруда встала и обняла Лидди за вздрагивающие плечи.
— Вы ведете себя, как двое маленьких детей,— стала она успокаивать нас— Вы же не сможете, прожить и часа друг без друга. Прекратите ссориться. Лидди, иди наверх и приготовь тете постель. Она сегодня рано ляжет спать.
Когда Лидди ушла, я стала думать о двух неизвестных у конюшни. Беспокойство мое росло. Хэлси беспечно гонял в бильярдной шары. Я позвала его.
— Хэлси, ты не знаешь, в Казанове есть полицейский?
— Констебль,— ответил он лаконично.— Ветеран войны, без одной руки. А почему ты спрашиваешь?
— Потому что сегодня чувствую себя очень неспокойно.— И я рассказала ему о том, что услышала от Лидди.— Есть здесь кто-нибудь, на кого можно положиться, чтобы он посторожил дом снаружи?
— Мы можем вызвать из клуба Сэма Боханнона,— задумчиво ответил он.— Это было бы неплохо. Он очень умный негр. И если рот у него закрыт, а рубашка спрятана под курткой, то его не увидишь в темноте и на расстоянии ярда.
Хэлси посоветовался с Алексом, и через час явился Сэм. Ему дали очень простое задание: кто-то постоянно пытается проникнуть в дом, охранник должен не напугать взломщиков, а постараться поймать их. Заметив что-либо подозрительное, Сэм подойдет к двери восточного крыла, где дежурят Хэлси и Алекс, и предупредит их.
Успокоившись, я решила пораньше лечь в постель, чтобы наконец выспаться. Дверь между моей спальней и покоями Гертруды была открыта, а двери, ведущие в коридор, заперты, хотя Лидди уверяла, что для нашего взломщика запоры ничего не значат.
Как и всегда, Хэлси наблюдал за восточной дверью. Он любил комфорт и поставил себе тяжелое дубовое кресло, широкое и глубокое. Мы поднялись наверх довольно рано, хотя продолжали беседовать через открытую дверь. Лидди расчесывала мои волосы, а Гертруда—свои.
— Ты знаешь, что миссис Армстронг и Луиза сейчас живут в деревне?— неожиданно спросила меня племянница.
— Нет,— я очень удивилась.— А откуда тебе это известно?
— Сегодня я встретила старшую дочь доктора Стюарта, и она сказала мне, что после похорон они не вернулись в город. Они направились прямо в маленький желтый коттедж, что рядом с домом доктора Уолкера, и будут там жить. Сняли его вместе с мебелью на лето.
— Но это же малюсенький домик. Не могу представить себе Фанни Армстронг живущей в таких условиях.
— Тем не менее, это так. Элла Стюарт говорит, что миссис Армстронг очень постарела. Она еле ходит.
Я легла в постель и до полуночи думала об этом. Электрический свет постепенно выключили. Наступила тьма очередной ночи.
Прошло всего несколько минут. Глаза мои привыкли к темноте, и вдруг я заметила в окнах слабые розовые сполохи. Лидди, вероятно, тоже их заметила и вскочила с кровати. В этот момент мы услышали бас Сэма.
— Пожар!— кричал он.— Горит конюшня!
Я видела, как он понесся по дороге. Через минуту к нему подбежал Хэлси. Алекс проснулся и тоже побежал вниз по лестнице. Через пять минут после того, как мы узнали о пожаре, три горничные уже сидели на дороге на своих чемоданах, хотя за исключением нескольких искр огня ближе ста ярдов не было.
