Никто не знает, когда возник Затерянный сад. Никто не знает, по каким законам он существует и что в нём происходит, когда герой его покидает. Эта книжка – путешествие-инициация, которое начинается с обычного побега, а превращается в захватывающий квест наперегонки с собственным воображением. Здесь всё по правде и всё как во сне; здесь время течёт по воле случая, а привычный мир становится непривычным; деревья и люди, камни и животные – всё здесь дышит, говорит и чувствует. Здесь то, что прежде пугало, делает тебя сильнее; здесь ты способен на то, на что никогда бы не отважился раньше. Стоит только захотеть… В удивительный мир Затерянного сада, где девочка Виолетта, как Алиса когда-то, оказывается в мире своих фантазий, сомнений и страхов, нас приглашают писатель Поль Мартен – в его активе более сотни книг, переведённых на 15 языков, – и художник Жан-Батист Буржуа, создатель поразительных миров, вдохновляемый современным искусством. Эта книжка увидела свет в 2018 году и имела успех не только во Франции – за год её перевели на 6 языков. Она подходит как для самостоятельного, так и для семейного чтения: рассказывает взрослым о детях, а детям… детям – о них самих.
Посвящается Изабель.
Посвящается Виолетте.
Сад словно оцепенел. Ни пения птиц. Ни гудения пчёл. Ни бабочек, ни гусениц, ни комаров, ни даже мошек. Тишина… Вот только несколько тюльпанов, кажется, ещё кого-то ждут, а он всё никак не идёт.
Кусты, деревья, камни – всё вокруг покрыто плотным слоем пыли. Вода в прудах застыла. В тени, там, куда никогда не достают лучи солнца, лежит снег – гладкий и белый, как полотно.
В корнях и дуплах старых деревьев, под камнями ни звука: сон обитателей глубок, как колодец. Никто, способный бегать, прыгать, летать или ползать, не оживляет тропинок, кочек и полянок спящего сада.
Как давно? Кто знает…
И вдруг… Слышите? Что это? Что-то шевельнулось?
Где-то очень глубоко, в подземной галерее, куда никогда не проникает свет, открылся глаз. Потом другой. Послышался долгий зевок. В темноте моргнула вторая пара глаз. Вслед ещё одна. И наконец раздались голоса.
– Кто-то вошёл, дамы, – произнёс первый голос, спокойный и уверенный. – Я чувствую.
– Ой, правда! Я, кажется, тоже, девочки! – прозвенел второй, живой и радостный.
– Что за чушь! Нет никого, – проворчал третий. – Давайте-ка спать!
Снова заговорил второй:
– Брось, Маргарита! В саду и правда кто-то есть. Ой, надо подготовиться, предупредить обитателей… Мы устроим ему знатный приём! Столько дел, столько дел!
– Опять ты за своё, Виржиния, – возразил сердитый голос. – Забыла двоих мальчишек? Ложная тревога. Или глухого с собакой? Опять мимо. Они так ничего и не увидели. Ну хоть ты скажи этой неврастеничке, Симона! Да где ты, наконец?
Симона отозвалась не сразу. Она уже рыла туннель наверх: там пахло чем-то соблазнительным! Не прекращая своего занятия, она сказала:
– Не будь такой брюзгой, Маргарита. Разумеется, пока ничего не ясно. Но сейчас всё как-то по-другому. Я чувствую. Ага-а, вот и ты… Какой жирненький! Это добрый знак. – Она с жадностью проглотила упитанного дождевого червяка и продолжила: – Ты, Маргарита, оставайся, если хочешь. А я поднимаюсь. Виржиния, ты со мной? Пора посмотреть, что творится на свете!
Ну и бардак! Да здесь сам чёрт ногу сломит! Хотя нет, как раз чёрту здесь бы понравилось. Этим садом не занимались лет сто! Не меньше. Кажется, он не очень большой, но за кустарником и высокой травой не видно.
Почти вся лужайка покрыта мхом. Виолетта подняла упавшую веточку каштана и яростно хлестнула по одуванчику – бедный цветок от неожиданности отлетел подальше. Потом досталось стайке ромашек, потом ещё одной. Так тебе, так тебе! Прутик со свистом носился из стороны в сторону, срезая стебли и высокую траву…
Дурацкая трава! Дурацкие цветы! Виолетту трясло от обиды и злости. На кого, Виолетта? Так сразу и не скажешь. Может, на маму? Это же её «осенило» перебраться в этот вонючий домишко. Или на брата Котю (так называет младшего брата Константина мама)? Он только и делает, что пачкает памперсы да плачет. Или на её мерзкую комнату? На весь этот мерзкий квартал между шоссе и железной дорогой? Не город, не деревня – не пойми что, но от всего далеко… На этот жалкий сад? Да на всё сразу! И прежде всего на отца. Ведь это из-за него им пришлось переехать! А если б и не пришлось… Всё равно!
Сейчас Виолетту раздражал даже Бублик, её пёс. Ну вот опять – скачет вокруг неё, глупо виляя лохматым хвостом и пытаясь выхватить палку.
Дурацкий сад! Жалкая лужайка! Она осмотрелась: везде какой-то прогнивший хлам: дырявая лейка, велосипедное колесо, развороченный стул… Одно слово – бардак!
– Бублик! Холодно. Домой.
Виолетта обошла свою новую комнату. Раз, второй, третий… Нет, ей здесь определённо не нравится! Мрачно, как в склепе. Да ещё этот запах плесени и сырой штукатурки – он везде, бр-р! Бублик обнюхивал углы, а она разглядывала сад. Отсюда сквозь старые тусклые стёкла в потрескавшихся рамах кажется, что деревья изгибаются в каком-то фантастическом танце.
Скрипнула дверь, и на пороге появилась мама. Некоторое время она задумчиво смотрела на насупившуюся дочь, а потом улыбнулась и сказала примирительно:
– Ну хватит дуться. У тебя ведь наконец есть собственная комната! Обещаю, нам втроём здесь будет хорошо.
– Тут воняет! Твой сарай воняет плесенью!
Мамина улыбка мгновенно погасла.
– Это что за тон? Ты что, хотела бы остаться в общежитии? И вообще, хватит! Начинай разбирать свои вещи. Не могу же я всё делать одна!
Мать устало замолчала, как бы ожидая ответа. Но тут заплакал Котя – хоть какая-то польза от этого нытика! Уходя, мама успела проворчать:
– Если хочешь проветрить, открой окно!
Виолетта вздохнула. Взялась за оконную ручку, нажала… Никак! Разбухшую створку заклинило. Надавила ещё раз – опять ничего. Ну и пожалуйста! Ладно, потом. С хмурым видом она распечатала коробку и начала доставать игрушки – надо убрать их в шкаф.