Ваше милостивое письмо от 20 июня, посланное в Бристоль мистеру Трейлу, было переслано мне без замедления, и я от всей души благодарю вас за доброту и ласку, с какой вы преподали мне благие советы, а также за весточку из милого сердцу дома, который я не стал любить меньше, побывав в английском доме наших предков.
Я отослал вам письмо с последним ежемесячным пакетботом, уведомляя мою досточтимую матушку о небольшом несчастье, случившемся со мной по дороге сюда, и о добрых друзьях, которые я нашел и которых меня приютили. С тех пор я получил много удовольствия и от превосходной погоды, и от здешнего прекрасного общества в завел много друзей среди нашей аристократии, каковыми знакомствами, полагаю, вы не будете огорчены. Среди этих знатных вельмож я йогу упомянуть прославленного графа Честерфилда, бывшего прежде послом в Голландии и вице-королем Ирландии, а также графа Марча и Рагле-на, каковой станет герцогом Куинсберри после кончины его светлости, и ее светлость герцогиню, прославленную красавицу времен королевы Анны: она вспомнила, что знавала тогда при дворе моего деда. Эти и другие столь же знатные особы посещают ассамблеи моей тетушки, и в этом многолюдном городке нигде не бывает столь многолюдно, как на ее собраниях. Кроме того, на пути сюда я останавливался в Уэстереме, в доме заслуженного офицера генерал-лейтенанта Вулфа, который служил с моим дедушкой ж генералом Уэббом в знаменитых кампаниях герцога Мальборо. У мистера Вулфа есть сын, подполковник Джеймс Вулф, помолвленный с благородной и красивой девицей, которая сейчас тоже приехала сюда на воды, — мисс Лоутер, и хотя ему только тридцать лет, он слывет одним на лучших офицеров во всей нашей армии и доблестно служил под началом его королевского высочества герцога повсюду, где бряцало наше оружие.
Благодарю мою досточтимую матушку за ее сообщение о том, что мистеру Трейлу поручено выплатить мне 52 фунта 10 шиллингов, как четверть моего годового содержания, В настоящее время я не испытываю нужды в деньгах и, практикуя строжайшую экономию, которая будет необходима (не стану скрывать) для содержания лошадей, Гамбо, экипажа и прочего, без чего не может обойтись молодой джентльмен из хорошей семьи, надеюсь прожить на свои средства, не слишком злоупотребляя вашей щедростью. Белье и одежда, которые я привез с собой, при надлежащей заботе, несомненно, проносятся несколько лет — как вы написали. Светские люди носят здесь более тонкое белье, и мне, возможно, придется купить несколько рубашек самого тонкого полотна для балов и собраний, но для будничных дней мои рубашки очень хороши.
Рад сообщить, что у меня ни разу не было случая прибегнуть к помощи ваших превосходных семейных пилюль. Но их с большой пользой принимает Гамбо, который растолстел и обленился от английской говядины, эля и воздуха. Он шлет своей госпоже смиреннейший поклон и просит миссис Маунтин передать от него приветы всем его товарищам-слугам, а больше всех — Дине и Лили, которым он на Танбриджской ярмарке купил по колечку с надписью.
Но, предаваясь здешним удовольствиям, прошу мою досточтимую матушку верить, что я не забываю и о моем образовании. Я беру уроки фехтования и танцев, а капеллан милорда Каслвуда, преподобный мистер Сэмпсон, приехавший сюда для пользования водами, был так добр, что занял свободную комнату в моей квартире. Мистер С. завтракает со мной, и мы по утрам вместе читаем он говорит, что я вовсе не такой тупица, каким казался дома. Мы читали "Историю" мистера Рейпина и проповеди доктора Барроу, а для развлечения Шекспира, Гомера в переводе мистера Попа и (по-французски) перевод арабских сказок, очень забавных. Кроме светских людей, сюда прибыло немало литераторов и среди них — мистер Ричардсон, автор прославленных книг, которые так нравились вам, и Маунтин, и моему любимому брату. Он был очень доволен, когда я сказал ему, что его труды хранятся в вашем будуаре в Виргинии, и просил меня передать нижайший поклон госпоже моей матушке. Мистер Р. — низенький толстяк, и в его взоре и в лице не заметно огня гения.
Тетушка и кузина леди Мария посылают вам нежные приветы. Поклонитесь от меня Маунтин, которой я прилагаю записочку от себя, и остаюсь,
милостивая государыня досточтимая матушка, ваш покорный сын
Г. Эсмонд-Уорингтон".
Приписка почерком госпожи Эсмонд:
"От моего сына. Получено 15 октября в Ричмонде. Послано 16 банок персикового варенья, 224 ф. лучшего табака и 24 лучших окорока с "Принцем Уильямом" на Ливерпуль: 8 банок персиков, 12 окороков — моему племяннику высокородному графу Каслвуду, 4 банки, 6 окороков баронессе Бернштейн, столько же того и того миссис Ламберт в Окхерст, графство Суррей, и 50 ф. табака. Баночку целебных семейных пилюль для Гамбо. Большие серебряные с позолотой пряжки папеньки для Гарри и красную попонку с серебряным шнуром".
Э 2 (вложено в Э 1):
"Миссис Маунтин.
