Они еще немного посидели у костра, беседовали о своих приключениях, делились воспоминаниями о жизни, которая когда-то была у них. Когда время перевалило далеко за полночь, Тристан заметила, что ее брат уже спит. Она улыбнулась этому – и это была одна из тех искренних улыбок, которые эльфийка дарила только Рогналлю – и спросила, где они с братом могут спать.
– Я отведу, – сказал Маркус, аккуратно поднимая спящего Рогналля.
Нану усмехнулась – надо же, Маркус и такой обходительный после перепалки, – но смолчала, а когда эльф смерил ее взглядом, то просто пожала плечами. Вместе они двинулись в замок и их шаги отдавались гулким эхом по пустым коридорам. Йорий покинул компанию первым.
Они шли недолго и вскоре остановились у одной из множества дубовых дверей. Нану открыла ее, пропуская Маркуса с Рогналлем вперед. Эльф мягко опустил мальчишку на кровать и вышел на коридор, где все еще оставались Нану и Тристан, осторожно прикрывая дверь.
– Так все-таки, – заговорила Тристан, глядя прямо на Маркуса и глядя с каким-то вызовом, – чем вы тут занимаетесь? Вы, Эрмандад. Спасаете беглых магов? Кормите голодные рты?
– Мы стараемся дать им дом и причину для того, чтобы сражаться за свободу, – сказал Маркус. – Пора выйти из тени и прекратить эти преследования. Каждый имеет право на свободу.
– Всех не спасти, – сказала Тристан, глядя ему прямо в глаза, и Нану в этот момент почувствовала себя лишней.
– А мне всех и не надо, – прошипел он и, развернувшись, зашагал прочь.
Тристан еще смотрела ему вслед, а затем развернулась к Нану и спросила:
– Он всегда такой нервный?
– Поневоле становишься таким, когда на тебе лежит большой груз, – пожала плечами Нану.
На секунду повисло тяжелое молчание. И Нану, решив, что сегодняшний день уже и так подарил Тристан много тем для раздумий, попрощалась с эльфийкой и зашагала прочь. Она слышала, как скрипнула тяжелая дверь, когда Тристан проскользнула в комнату, и была рада, что хотя бы эту ночь они проведут в безопасности и в тепле.
Когда-нибудь – когда они будут действительно готовы – и Рогналль, и Тристан встанут на защиту Эрмандада. Будут бороться, также, как и все здесь, до последней капли крови не только друг за друга, но и за каждого члена отряда.
Нану слишком много времени провела в Эрмандаде. Каждый день отряд кого-то терял, но и кого-то находил. И постоянной борьбе, казалось, не было конца. Но все равно каждый, кто когда-нибудь примкнул к Эрмандад, верил, что их ждет спокойное будущее. И эта вера укрепилась, когда Безликий, через столько лет поисков, сумел-таки найти мальчишку.
За поворотом ее ждал мрачный привалившийся к стене Маркус, и Нану сразу поняла, о чем он хочет поговорить.
– Я думаю, что не стоит тревожиться за Анну, – только и сказала Нану. – Она уже достаточно взрослая. К тому же она не в первый раз остается за пределами дома Скуггена одна.
– Но она впервые остается без моего камня! – шикнул на нее Маркус со злостью и тревогой. – Ей не нужно было отдавать им его. – Маркус развел руками. – Таких, как эти двое, десятки, сотни, тысячи… а Анна у нас одна.
Нану покачала головой. Маркус попал в Эрмандад, когда отряд насчитывал всего несколько жалких бродяг, и теперь стал забывать, что все здесь должны держаться друг за друга. Люди так часто оставляли их – по воле имперских магов, которые отправляли всех на виселицу, – что Маркус постарался выделить всех важных – «самых-самых важных» – и сосредоточиться на их защите.
– Никогда не забывай, зачем мы это делаем, – проговорила Нану, накрывая пушистой рукой плечо Маркуса. – Каждый из нас приносит свою жизнь в жертву ради общего дела. И Анна всегда знает, на что идет. – Она едва заметно улыбнулась и добавила: – В конце концов, мастер Ралинаэль тоже сейчас во внешнем мире. Почему бы просто не попросить Пово предупредить его об этом? А если это не сработает, то послать туда Айзека, как только он вернется.
– Ты права, – с тяжелым вздохом сказал Маркус и оторвался от стены. – Мастер всегда знает, что нужно делать. И его Анна послушает.
Нану закинула ему руку на плечо, и они двинулись дальше по коридору. Однако, даже в самые тяжелые минуты, она научилась находить что-то приятное.
– Мне казалось, что уж ты-то ничего не будешь иметь против девочки, – с усмешкой сказала Нану. – Слышал бы ты себя. – Она попыталась скривить рожицу и проговорила низким серьезно-шутливым голосом: – «Клан Рек такой медлительный…»
Маркус сбросил ее руку и шутливо толкнул в сторону.
– Сколько тебе лет, Нану?
– Достаточно, чтобы хоть иногда заставлять тебя краснеть.
Маркус снова шутливо ее толкнул, а Нану тихонько засмеялась. Они расстались у развилки, и Нану еще какое-то время провожала его взглядом. После этого еще с минуту она вслушивалась в тишину коридора, в потрескивание огня и старалась различить другие звуки – возможно, даже чьи-то тихие шаги, которые были натренированы долгими годами блуждания по лесам, – но, ничего не разобрав, пошла в свою комнату.
С Тристан, которая слушала их с Маркусом разговор, Нану поговорит в другой раз.
