<p>«Утром черным открываю веки…»</p>Утром черным открываю векипосле утомительного снатело ноет у калекиголова кошмарами полнавыпив на дорожку чаючай московский вечный чайв холод моссоветский выползаюволочусь на «шарик» где трамвайни земли ни неба не увижумгла втемяшилась в домакак я это утро ненавижуненавистна как мне темень-тьма.«Шарик» – завод ГПЗ, 1959
<p>«Вот ночи хищная бездонность…»</p>Вот ночи хищная бездонностьв ней ищет света мотылекищет на свет хотя б намекдуши затюканной бездомность<p>Шашка</p>И не укладываясь в рамкидаже стоклеточной доскиона попав в углу в тискивсе продолжала рваться в дамкиустав о стенки клетки битьсявзяла и поддалась тоскеи было отчего доскестоклеточной развеселиться1962
<p>«Везде одиноко пойдешь ли ты в сквер…»</p>Везде одиноко пойдешь ли ты в скверна площадь в кафе куда как захочетсяесли подсчитать много окон в Москвееще больше в Москве одиночествсначала не ведал ходил и искалдушу в толпах молекулно где она точно такая тоскагде точно такой же калекапотом в голове засело поэтходишь гордый непризнанныйа за душой всего-то куплети то не свой а слизанныйбредил поэзией как бредит колунберезой не срубленной в жизни ни разурвался на пик окрещенный Парнасомне знал каково там сидеть на колуКожухово, 1959
<p>«Я сегодня грущу так что спазмы…»</p>Я сегодня грущу так что спазмысодрогают горла домовдаже звезды на башне спасскойзакатили истошный ревя сегодня грущу рыдайтевы потоки личинных лицваш поэт в бесколесном рыдванене нашел выпрямляющих спицваш поэт устает быть вашимда и вам он ведь не резонне журчит ручейком и не пляшетпод дуду…я же вижу шальной горизонтвижу я свечение в вечностьи мечты семицветный блески пути посветлей чем млечныйвижу я и видением вескя грущу зная ваши бельмызная ваш хватательный ражо какие в мире бездныподлой лжи и без взлома кражо какая борьба за счастьеодиночек медвежьих угловкак хрустят хрящи и запястьястук какой от скрещенных лбовдинозавры… звериная дракажизнь на жиже истекших жило удрать бы в созвездие ракаголовой бы в колосья ржи…я сегодня надрывным альтомпомянуть решил душ легионзамурованных в эти асфальтыонемел чтобы совести стонКожухово,1959
<p>«Я холост холостой патрон…»</p> 
