Я бросил лёгкое тельце в сторону и развернулся на месте, по натренированной привычке подняв кулаки голове. Наверное, оба оставшихся мальца, не ожидали такого развития ситуации, и своей заминкой позволили мне оглядеться. Один, что был полностью здоров, хищно оскалился, и отчего-то мне показалось, что его маленькие пылающие злобой бусинки-глаза выражали желания не только убить меня, но потом и съесть. Поганый людоед! Второй же, все ещё не пришедший в себя после встречи с каменной стеной, опирался на огромный валун, но его взгляд прямо говорил: «Сейчас, сейчас, человек, секунду и я тебя загрызу!». Не давая, второму, времени на реализацию задуманного, я бросился было к нему, но вновь получил секущий удар, по здоровой ноге и не дотянулся до засранца всего лишь метр, как рухнул на одно колено. И теперь, я изображал раненого зверя, крутясь на месте в попытках достать руками визжащих и, кажется, злобно хихикающих карликов.
– Скотина!
И вновь я получил удар, но теперь уже под лопатку. Хвала всем местным богам, что их ножички столь малы, иначе, лежать мне уже давно трупом. С разворота, наотмашь мне все же удалось дотянуться до уродца. От неуклюжего, но соизмеримо масс наших тел, тяжелого удара, коротышка отлетел на пару метров и пропахал спиной сухую землю. Я сразу оглянулся, ища взглядом второго, вот блин! Это было эпично! Мелкий засранец, уже успел вскарабкаться на валун и как в последний раз, с занесенным кинжалом над головой, прыгнул на меня сверху, желая пригвоздить в земле. Да не тут-то было! Как заправский боец из древних боевиков, я поймал его налету, обхватив одной рукой тонкую шею. По инерции, его руки и ноги мотнулись в мою сторону, и поганец, сориентировавшись, оплёл ногами моё предплечье и вонзил паршивый кинжал мне в руку. На этот раз боли я не почувствовал, наверное, сказывалось безумие, охватившее меня. Я сделал шаг вперёд, приблизившись к валуну, и как есть ударил, со всего маха, рукой, с прокладкой в виде карлика, о твёрдую поверхность.
– Кряк! – вырвался звук, вместе с воздухом из лёгких моей жертвы.
– Еще один! – зло и тихо, произнес я, стряхивая, будто соплю, с руки павшего врага.
Третий уже был готов к атаке, как паук, всем телом прижавшись к земле. Наши взгляды встретились. И мы оба не желали друг другу ничего хорошего. Как изваяние он был неподвижен, даже не разглядеть, дышит ли. Только время от времени еле заметно, кисть его правой руки то сжимала, то ослабляла хватку на рукояти своего кинжала. Я сделал шаг ему встречу. И в этот момент он поднял голову к небу и громко заверещал, причём в этих звуках угадывалась речь, пусть и не знакомая, но, черт побери, он явно что-то говорил. Не став тормозить, насколько мог, я ускорился, но что-то, внезапно, оплело мою ногу, и почти сразу вторую. Опустив взгляд, я увидел как из земли, быстро вырастают и обвивают моё тело несколько, похожих на лианы, толстых побегов. Пару секунд и я стою обездвижен. Живое растение окутало меня, образовав непреодолимый кокон, и постепенно сжималось, как удав, выдавливая из меня последнее капли кислорода. В глазах уже начало темнеть, когда этот гребанный карлик решил закончить по-своему. И с места, в одном красивом и молниеносном прыжке, преодолел расстояние, разделявшее нас, нанося широким взмахом режущий удар по моей открытой шее.
«Небеса рыдают! Вы погибли!»
Подала голос, в моей голове Система, под неизвестный мне траурный марш.
Первый раз погибая, я был в восторге и счастлив. Блин, да это лучше, чем секс! Ну вот, первые признаки задротства…
Прошло три дня после собрания. Для друзей, а именно таковыми теперь считали себя Лор и монах Жан Гренье, после всего, что им вместе пришлось пережить за последнее время, они безбожно тянулись. Их отвлёк от принятия пищи, во время обеда, залетевший в общий зал трактира ювелир Овчинников.
– Господа, Лив, Гренье! Скорее, дело не требует отлагательства, время не ждёт! Док ожидает вас у себя.
– Наконец! – монах воздел руки к потолку.
Лор молчаливо согласился с его реакцией. Так и недоев, они поднялись из-за стола, Жан кивнул трактирщику, мол, извини, дела, и все трое вышли на улицу. Не дожидаясь команды, по привычке, монах направился в сторону госпиталя, прямиком через площадь, но ювелир его остановил.
– Простите, сударь! Теперь наш врач заседает в других кабинетах. Сэм выделил, на втором этаже в здании банка. Всё-таки должность требует!
