– Мне страшно, – шепчет она.
– Я что-нибудь придумаю, – успокаиваю её.
Это вроде как действует и она отпускает меня. Пересаживается ближе к другим. Те принимают её похлопывая по плечам.
Невольно смотрю на отверстия, там видны выжидающие тёмные силуэты длинных ног и свисающих голов. Кажется на каждую голову приходится более чем по четыре ноги.
Встаю, чтобы не отвлекаться.
На самом деле мы в ловушке. Эти монстры-каннибалы когда-нибудь проломят железную дверь и кажется им не помешает свет, которого они боятся. Свет в этой комнате не настолько ярок, чтобы навредить им. Для всех местных людей это реальность, а для меня всего лишь сон. А ведь я действительно могу проснуться. Так что хватит на сегодня прогулок по иным реальностям. По крайней мере, если я исчезну, то они поймут, что выход есть. Может они тоже спящие люди из моей реальности?
Закрываю глаза и пытаюсь почувствовать своё реальное тело лежащее где-то на кровати, но ничего не выходит. Это тело, которое у меня сейчас – единственное, что я ощущаю. Это странно.
Вторая попытка. Опять неудача. Но я точно уверен, что я сейчас в каком-то ином мире. Хорошо, что я это знаю, иначе бы наверное умер от страха.
Ну Буба..., дал прикурить. Смеюсь про себя. Я не боюсь этих тварей, как боятся их местные. Ведь я осознаю, что сейчас моё тело спит в полной безопасности, но есть что-то, что вселяет в меня ужас. Это по своему приятное ощущение, что-то вроде опасности в какой-то игре. Если и умрёшь, то можно будет повторить.
Что есть сон на самом деле? Существование разума Бубы доказывает полную реальность этого места, ведь если бы у сна не было своей реальности, то и Буба бы не мог существовать. В любом случае я верил в реальность сна и до того, как узнал о забавном существе по имени Буба. Конечно не всегда себя помнишь во сне, но всегда окружение настолько реально с материальной точки зрения – вещи, люди, что это просто не может быть лишь работой мозга. Вернее будет сказать, что именно мозг подключается к этим мирам находящимся в других измерениях. Или скорее есть какой-то ещё один невидимый мозг или ум, который активируется, когда моё внимание его использует для путешествий во снах. Это объясняет частое забывание во сне про реальное тело и объясняет присутствие немного другого мышления, что очень сильно сказывается на конечных действиях в различных ситуациях. Это путешествие вроде как не в пример, тут я благодаря Бубе и поэтому полностью себя осознаю, но обычно я начинаю удивляться произошедшему во сне, лишь после пробуждения.
И так на данный момент мы имеем то, что я тут застрял. Обычно когда во сне я узнавал, что сплю, то долго не мог задержаться и просыпался. Происходящее сейчас оказалось чем-то новым. Может я умер? Сейчас меня эта мысль совсем не пугала и не шокировала. Ведь я здесь и очень даже живой. Даже если меня съедят монстры-каннибалы, то моё внимание останется жить где-нибудь ещё. Теперь я понимаю, что внимание не привязано к телу. Например к телу реальному, что спит на кровати или лежит мёртвое. Либо к телу, которое у меня сейчас. Всё это подтверждает статус моей прогулки как реального путешествия по всем этим мирам сна.
Смотрю на всех этих людей, схоронившихся в комнате. Возможно, мир меня просто не отпускает, пока я не доделаю дело до конца. К тому-же обещал.
Наблюдаю некоторое время, как люди перешёптывается и переглядывается. Боятся говорить громче из-за монстров. Я же нахожусь немного поодаль от этих людей. Что-то подсказывает – они ничем не смогут мне помочь сейчас, а значит и себе.
Вдруг до меня доходит, что я могу делать всё, что захочу. Ведь я же во сне. Но даже сумей я летать или проходить сквозь стены – мне совсем не хочется покидать это помещение. А если быть точным, то не хочется заходить в ту темноту. Именно темнота, это самое страшное в этом мире. Темнота управляет страхами живущих тут. По сути эта темнота разумна. Если ты не нравишься ей, то она рождает, самых мерзких для тебя, существ и посылает против тебя.
Все эти люди были обречены быть поглощёнными темнотой. Они были выбраны ею. Возможно темнота так питается тут, поэтому она поселилась в закоулках этого непрерывного мега-завода. Сначала темнота присматривалась ко мне. Делала пробные сигналы. Проверяла меня. Но я помешал ей – забрал часть её обеда и она послала против меня своих охотников. А эти охотники, в свою очередь, сильны только в темноте. На свету они наверное растворяются, или что-то в этом роде. Возможно поэтому они ни разу не тронули дверь нашего укрытия и не пытаются проникнуть через нижние, довольно толстые щели. Так-же понятно, что своими частями тела они могут оказываться на не слишком ярком свету, но могут это делать на очень короткое время, как будто теряя на свету силу темноты, которой пропитаны насквозь. И в то же время, как я успел заметить, цвет их кожи светло-серый с синюшным оттенком.
