В коридоре первого блока темно, лампа не включается, зато не видно мусора. Это плюс. Надо купить фонарь. Расположение дверей я помню твердо – слева туалет, прямо – маленькая комната, справа – большая. Или наоборот? Начинаю по часовой, включаю свет. Да, туалет – да, здесь никого, да, есть темы для разговора. Тем хватает. Настраиваюсь на серьезную беседу. Потребуется серьезное выражение лица, но я его не вижу. Надо отработать дома. За дверью в маленькую комнату не видно полоски света – никого нет. Зато за второй бьется жизнь.
–Можно? – В большой комнате за накрытым столом сидит человек пять, наш курс. Бутерброды и чай в самом разгаре, похоже моя тема не будет принята.
–Мужики, спасибо, не приглашайте, я при исполнении… Но как закончится пир, в помещении напротив у вас много работы, – деликатно выхожу из положения.
–В следующую среду я снова у вас.
В блоке напротив маленькая комната жива.
–Добрый день, к вам можно? – Дверь открывает высокий парень. Черт, это же Боб, президент "Кванта", легенда капустников и факультета. Я неловко переминаюсь за дверью, представляюсь и собираюсь откланяться.
–Заходите, проверяйте, никаких проблем, – Боб с улыбкой широким жестом приглашает к себе. В комнатке президента чисто и относительно комфортно.
–Спасибо, как-нибудь в следующую среду, – неуклюже отшучиваюсь я.
Клуб "Квант" в нашем Академгородке знают все. Каждый год где-то в начале марта члены клуба уходят в глухое подполье – обычно это холл в пристройке. Народ с интересом вглядывается в светящиеся по вечерам окна, но вход в пристройку строго ограничен – юмор вещь специфическая и действует, как правило, один раз. Учебный процесс заброшен как минимум на пару недель, но любые административные процессы замораживаются по умолчанию. Напряженность снаружи и внутри растет по экспоненте и к началу апреля достигает пика. Команда внутри холла иступленно репетирует до последнего. Снаружи клуб штурмуют со всех сторон в поисках билетов. Действующим студентам физфака гарантирован один билет, счастливцы! Бывшие включают все свои многочисленные связи, остальным прослойкам Академгородка выделены квоты. И вот, день Капустника…! Но об этом, наверное, потом – сейчас я не могу надолго оставить свой этаж.
Следующий блок выбивается из стандарта – в коридоре горит яркая лампа, чистота туалета и отсутствие мусора напрягает.
–Можно? – Дверь в большую комнату открывает девушка с нашего курса. За столом в центре комнаты сидит симпатичная девушка. Новенькая, со второго курса. Ага, какой это номер блока? К сожалению у них все идеально чисто. Просто не о чем поговорить. Надо продумать темы на этот случай.
Весь обход сегодня занимает примерно час. В темноте ставлю оценки, надеюсь что ничего не перепутал, поскольку номеров на дверях не видно. В трети комнат никого нет, но это ничего, главное система. В среднем, в каждой комнате кто-то живет, в среднем, я должен увидеть каждого и каждую.
Статистический подход со временем начинает срабатывать. В дело потихоньку вступает таблица с оценками за чистоту на первом этаже. Таблица размещена за толстым не бронированным стеклом под присмотром вахтера: высокий уровень культуры студентов физфака ничего не гарантирует. Я подозреваю, что на нее иногда смотрят, иногда косо, но на некоторых она действует. К тому же таблицу изучают представители деканата.
Кстати, сегодня намечается проверка, обещан визит самого декана. Декан, крупный, представительный мужчина и шутки с ним плохи. Нужно готовиться! Андрюха, староста второго этажа, уже побежал предупреждать своих. Спешу к подопечным. Последние штрихи: заправить кровати, мусор и бутылки – в шкафы, в крайнем случае запираем двери и мигрируем. На большой скорости сбегаю вниз по лестнице – где делегация? Снизу в темноте не спеша поднимается Андрюха.
–Андрюха, ну что пришли? – на автомате ободряюще хлопаю Андрюху по животу – мол не дрейфь. Хлопнутый живот оказывается неожиданно большим. На лету оборачиваюсь и вижу проступающее сквозь темноту и слабый свет из окна изумленное лицо декана. Две дородные женщины на ступеньках ниже замерли.
Решив не тормозить, пролетаю вниз. Андрюха так Андрюха, пусть вставляют лампочки.
Сегодня у нас нештатная лекция, декан, съездив в Массачусетский Технологический Институт, рассказывает о заморских чудесах. Например, группа студентов на семинаре первый час упорно штудирует выданные предварительно методички, на второй час в класс врывается преподаватель и бросается на студентов, сидящих вокруг него за столом формой буквы П. К концу занятий все, и преподаватель, в мыле. И это последний писк. Впрочем, писков довольно много, все интересно, наверное что-то будем пробовать.
Лекция заканчивается, я как прежде спускаюсь вниз, но при полном освещении.
–Молодой человек…, – это меня.
–Ну как у вас дела? Как этаж? Есть проблемы?…
Проблемы с лампочками на лестницах мы временно решили. Ну и вообще, нормальный оказался декан. Как-то так.
-… Кирпичников?
–Я.
