Намного более сильным было влияние первых нарративов. Это были почти божественные слова. Вот как описывается роль Илиады: «Илиада изменила то, как люди молились. В соответствии с историком пятого века Геродотом это был Гомер вместе с поэтом Гесиодом, который „описал греческих богов“ и который дал человеческие черты, характеристики, формирующие богов Олимпа, которые мы узнаем сегодня. В то же самое время люди создавали культы человеческим героям Илиады, принимая их за своих героических предков. Принадлежность к Илиаде, обладание историей, рассказанной Илиадой, стали базой греческой идентичности»[722].
Кстати, именно по этой причине страны воюют за свою историю, борясь против того, чтобы ее писали другие. Наличие своих героев является краеугольным камнем национального самосознания.
Сильное событие должно было остаться в веках, поэтому его старались запечатлеть в новых ритуализированных формах. Собственно говоря, так поступает и религия, которая переполнена ритуалами. Все это методы создания социальной памяти, что в свою очередь ведет к удержанию собственной социальной идентичности. Ритуал в этом случае становится идеальной формой, поскольку здесь есть вербальная и визуальная составляющие, а также память тела. Общие ритуалы порождают единых людей. Сегодня такую функцию взяло на себя телевидение в сфере единого мышления, порождаемого новостями и ток-шоу, а также телесериалы — в сфере выработки единых чувств.
Особую роль при этом играет даже не позитив, а негатив, который объединяет даже сильнее. Х. Насреддинов пишет: «Сегодня нагнетание негативных эмоций — самое действенное пропагандистское оружие власти. При этом не дается возможности осмысленно обсудить события прошлого и настоящего, задать „неудобные“ вопросы. Нет, вместо этого просто смотри видеоряд с разрушениями, массовыми захоронениями и запоминай, что это и есть единственная правда. Ведь простой просмотр яркого видеоролика вместо нормальной дискуссии вызывает у зрителя эмоциональное, а значит необдуманное поведение. Которое и нужно власти. Ведь поведение подвержено манипуляции. Если же человеку разрешить обстоятельно мыслить, то он принимает собственное решение и к управлению он не пригоден. Вот такие самостоятельно мыслящие, то есть неуправляемые с точки зрения власти, люди, и опасны для властной элиты и с ними уже разбираются на другом, силовом, уровне воздействия»[723].
Негатив, являясь более сильным эмоционально, подавляет рациональное. Особенно когда негативный рассказ телевидение усиливает визуальным рядом. Все это было очень характерным для рассказов российского телевидения о событиях в Украине. Там был и взволнованный рассказ о не существовавшем в природе распятом мальчике, и фейковое удостоверение СС в руках Д. Киселева, поддельный характер которого ему потом пришлось признать, и многое другое.
То есть чем серьезнее становится накал страстей, тем больше вероятность, что телезрителей обманут. Так, телеканал «Дождь» нашел в сюжете «Первого канала» и «России 1» о предполагаемой химической атаке в сирийской Думе кадры из художественного фильма 2016 года ([724][725], о других «странностях» см.[726]). Когда «Первый канал» в июле 2016 года рассказывал об ажиотаже из-за выхода компьютерной игры «Pokemon GO», он показывал, как толпа людей блокирует уличное движение. Однако, как оказалось, кадры были с митинга.
Однако внутри России и на самом высоком уровне также встречаются такие отклонения, когда виртуальностью подменяют реальность. Например, выступая 1 марта 2018 г. со своим ежегодным посланием, В. Путин проиллюстрировал новую ракету «Сармат» кадрами из фильма «Первого канала» 2007 года о ракете «Сатана»[727][728].
В ноябре 2017 г. Минобороны РФ использовало скриншот из игры для мобильных устройств «AC-130 Gunship Simulator: Special Ops Squadron», пытаясь доказать, что США поддерживают отряды «Исламского государства»[729][730]. Еще один кадр Минобороны представлял собой скриншот из видео 2016 г., где авиация Ирака атаковала террористов Исламского Государства. Когда поднялся скандал, Минобороны удалило эти кадры из своих аккаунтов в соцсетях.
Сегодня мы не очень адекватно представляем себе прошлое, потому что тогда, как это ни покажется странным сегодня, Запад не был впереди. Впереди был Восток. Китайцы придумали бумагу, и эта новая технология расширила влияние записанных историй. Новые читатели приводили к появлению новых историй. Арабский мир создал, например, сказки «Тысячи и одной ночи».
Потом появляются романы — уже чисто виртуальная конструкция, созданная так, чтобы удерживать внимание читателя от начала и до конца. О них пишут сегодня: «Романы не имели багажа, связанного с древними формами литературы, поэтому они позволили возникнуть новым типам авторов и читателей, особенно женщин»[731].
