Виртуальный меч Сталина (СИ) полностью

«Работал пулемет неплохо, но изредка неправильно подавался патрон в патронник, происходило преждевременное извлечение гильзы. Пулемет умолкал. Требовалось время, чтобы вновь привести его в боевое состояние. В тире мы провели около суток и убедились, что ряд узлов требовал серьезной доводки. Выпускавшимся пулеметам недоставало надежности. Патриарх в плеяде конструкторов стрелкового автоматического оружия, так много сделавший для армии, В. А. Дегтярев очень переживал неполадки со своим пулеметом и готов был отдать все силы, чтобы поправить дело. В кабинете директора я попросил его высказать свое мнение.

— Надо пулемет дорабатывать, — убежденно сказал Василий Алексеевич.

— А сколько времени уйдет на доработку?

— Думаю, месяца три–четыре.

При этих словах директор завода Борис Михайлович Пастухов даже подскочил на стуле.

— А что же будет делать завод? У меня пять тысяч рабочих занято этим пулеметом! Неужели они будут сидеть и ждать у моря погоды? Что мы дадим армии, скажите?» [Новиков, 4, с.71].

Некоторые говорили мне, что в процессе испытаний недостатки пулемета выявить было нельзя, и они обнаружились лишь после годовой эксплуатации в частях. Как видно со слов замнаркома, недостатки выявляются всего за одни сутки пальбы в тире. Что мешало в 1939–1940 гг. за один день выявить недостатки? Ну а как армия относится к новому пулемету?

«Для генерал–полковника Н. Д. Яковлева, который за несколько дней до начала войны сменил маршала Г. И. Кулика на этом посту, не были новостью недостатки принятого на вооружение нового станкового пулемета. Он тоже хорошо понимал, что пулемет требует доводки. Но отменить постановление правительства было не в его силах» [Новиков, 4, с.72].

Забавная ситуация. Производитель, наркомат вооружения, не знает, что производит негодные пулеметы, а заказчик это знает, но не может их не принимать. Интересно, что Яковлев до назначения на пост начальника ГАУ был начальником артиллерии Киевского ОВО, и на совещании командного состава в декабре 1940 г. критиковал артиллерийские тягачи, но пулеметы нового типа даже не помянул. То ли в КОВО они не поступали, толи как начальнику артиллерии ему не до пулеметов было. Но ведь на том совещании про недостатки новых пулеметов не помянул никто.

Вообще, арест Ванникова выделяется из множества других арестов тех лет. Во–первых, формулировка: не военно–фашистский заговор, не троцкистско–террористическая контрреволюционная деятельность, а просто «не справился с работой». В чем это заключалось неизвестно, но за такое вроде и арестовывать не должны. Не справился с работой наркома, назначь директором, мастером, дворником, в конце концов, и все дела. Во–вторых, в отличии от других контрреволюционеров, не справившийся с работой Ванников уже 25 июля 1941 г. был освобожден «на основании указания директивных органов» и назначен заместителем Устинова. То ли Устинов не справлялся, то ли вдруг в ходе войны выяснилось, что Ванников в чем–то был прав. Правда, по словам сына Берии, Ванников был приговорен таки к расстрелу и спас его от смерти, естественно, Л. П. Берия [Берия, 1, с.233].

Но вернемся к нашим пулеметам. Пока наша пехота сражалась с немцами допотопными «максимами», никому неизвестный Горюнов без всяких санкций разработал свой пулемет. Он обладал всеми достоинствами ДС, и избавлен от недостатков. Но!